Выбери любимый жанр

Целитель чудовищ - 1 (СИ) - Бобков Владислав Андреевич - Страница 3


Изменить размер шрифта:

3

И осознание этого факта вызвало в нем как страх, так и предвкушение ученого, что стоит перед грандиозным открытием, которое должно изменить жизнь всего человечества.

Глава 2

Длинная вытянутая полоса земли была начисто лишена каких-либо деревьев. Она зияла уродливым шрамом на теле леса, так как все деревья были разорваны, сожжены или вбиты прямиком в землю.

Всюду отвратительными рытвинами зияли черные воронки, будто кто-то прошелся артиллерийским обстрелом или тем же минометным огнем.

И с обоих концов этой проплешины на теле мира друг на друга бежали тысячи отчаянно кричащих вооруженных копьями и мечами людей. Даже на таком расстоянии было видно, что они были одеты невероятно бедно. Редко у кого был полный комплект даже обычной одежды, не говоря уже о доспехах.

Длинные копья в их руках яростно подрагивали и то и дело указывали выше или ниже, чем требовалось. Очевидно, их навыки оставались желать лучшего. Вот только копье на то и одного из самых простых орудий всей истории человечества, ведь им намного проще научиться убивать.

Стас содрогнулся от отвращения, когда единый звук разрыва плоти донесся аж до него.

Копья с влажным хрустом вбивались в ребра и животы. Те же, кто имел при себе мечи, старательно ими махали, сея вокруг смерть и ужас.

Судя по их виду и наличию почти у всех доспехов, они принадлежали к куда более высшему классу. Живая же плоть, незащищенная даже одеждой, была отличной смазкой для их клинков.

Словно этого было мало за спинами пехоты расположились стройные порядки лучников, осыпающие как пехоту, так и друг друга дождем из стрел. Причем луки были просто огромными, зачастую чуть ли не в человеческий рост. То и дело, один из бойцов хватался за торчавшую из груди стрелу и валился на землю. Его место тут же занимали другие стрелки, вновь формируя линию.

Зрение Стаса от адреналина невероятно обострилось, и он мог видеть разворачивающуюся перед ним трагедию.

Ворот кофты зашуршал, и возле затылка показалась любопытная мордочка Леви. Ордынцев забеспокоился было, что она попробует вылезти окончательно, но змея терпеливо оставалась на месте, словно бы внимательно осматривая творившейся перед ней ужас.

Внимание землянина сместилось чуть дальше, где в стороне сошлись в битве не на жизнь, а на смерть конники.

Здесь, в отличие от плохо вооруженной и обученной пехоты, дрались настоящие профессионалы. Крепкие копья с длинными наконечниками, которыми можно было не только колоть, но и рубить. Толстые богато украшенные доспехи, выполненные в виде широких квадратных и прямоугольных пластин. Причудливые шлемы, многие из которых щеголяли жутковатыми масками.

Многие из всадников доставали такие же длинные луки и начинали крутиться в бешеном хороводе, посылая друг в друга стрелу за стрелой.

Тем не менее яростность битвы ничуть не уступала тому, что творилось на основном поле боя.

Но все происходящее затмило то, что произошло, когда деревья на противоположном от Стаса конце проплешины задвигались и начали возноситься вверх.

Ордынцев в восхищении широко раскрыл глаза, глядя, как из земли, тяжело ступая, поднимается гигантский каменный воин. Часть его спины и головы были покрыты так и не отвалившимся лесом, создавая удивительную зеленую гриву.

Словно жуткая сказка воплотилась в жизнь, и магия, которой место только в книгах и фильмах, решительно ворвалась в реальность.

Вдруг откуда-то снизу из леса ударили десятки, вне всяких сомнений, магических атак. Стас как-то сомневался, что творившееся перед ним безумие можно как-то объяснить технологией.

Туловище и ноги колосса покрыли взбухающие взрывы. Среди взрывов можно было увидеть электрические и огненные вспышки. Иногда мелькали и какие-то синие снаряды. Станислав предположил, что это была оставшаяся стихия — вода.

Нестерпимый грохот вновь сотряс округу, но упоительно резавшие друг друга люди уже ни на что не обращали внимания.

Вниз, кружась, полетели значительные куски камней и земли, но гигант устоял. Левой рукой земляная фигура прикрыла голову, так что по ней пришлось больше всего урона. Большая часть пальцев отвалилась, оставив черный, обугленный обрубок.

Тем не менее земля, повинуясь могущественной воле, вновь начала стекаться к ногам голема и подниматься вверх, латая повреждения.

Владелец же столь огромного оружия не собирался просто так сносить удары. Правая рука, которая почти не пострадала от обстрела, медленно навелась в сторону атакующих, после чего с нее, словно из пулемета полетели тяжеленые камни и куски спрессованной земли.

Учитывая же их вес и скорость, от такого попадания неуютно бы стало даже современному танку, что уж говорить о нежных человеческих телах.

При этом сражение не стояло на месте. Какая-либо организованность, которую обе стороны демонстрировали поначалу, к середине битвы полностью исчезла, сменившись бесконтрольным хаосом.

Люди остервенело убивали друг друга, не обращая внимания на то, что их окружает. Многие разбрелись в леса и там продолжали драться. Полуголые тела, покрытые кровью и грязью, неистово бросались на друга, словно звери. Там, где ломалось оружие, в ход шли кулаки, зубы и камни.

Стас слишком поздно понял, что это может значить.

— Эй, ты! Белокожий! Какому Сегунату ты служишь?! — голос за спиной Стаса был какой угодно, но не дружелюбный.

Ордынцев резко развернулся, поднимаясь на ноги.

Взгляды двух человек встретились. Одетый в самое настоящее дырявое кимоно оборванец, крепко державший коричневое копье, и опрятный, подозрительно молчавший белокожий мужчина.

Как-то внезапно копейщик понял, что непонятный незнакомец мало того, что богато одет, так еще выше его самого на целую голову. От подобного открытия бывший крестьянин лишь еще крепче сжал копье и ответил единственным, что он знал в этой жизни — еще большей агрессией на страх.

— Отвечай, бледнокожая собака, пока я не выпотрошил тебя, как рыбу! — каждое слово сопровождалось угрожающим взмахом копья. Возможно, в обычной ситуации он был бы куда вежливее, но сейчас, в пылу схватки, приоритеты были иными.

Стас же в этот момент изо всех сил боролся с пульсирующей болью в висках и чувством неправильности.

Каким-то мистическим образом он понимал, что говорит смуглый туземец, но он не должен был этого делать. Этим знаниям неоткуда было взяться, и сознание мужчины пребывало в прострации, пытаясь сложить разваливающуюся картинку.

Эта странная двойственность буквально разрывала его голову, мешая думать.

Однако Ордынцев все же сумел побороть приступы тошноты и сосредоточиться на стоявшем перед ним копейщике.

Слова неизвестного языка срывались подобно тяжеловесным камням, которые он изо всех сил ворочал.

— Я… Случайно… Здесь… Оказался… Я… Не… Сегунат.

Возможно, в эту секунду разговор мог повернуть в мирную сторону. Крестьянин в сомнении опустил копье и забеспокоился, что и впрямь чуть было не атаковал какого-то благородного. А кто еще может себе позволить такую богатую и странную одежду?

Вот только яркая вспышка света, произошедшая за спиной Стаса, сыграла решающую роль. Она почти полностью ослепила копейщика, заставив того ощутить столь неприятную беспомощность.

Страх смерти словно бы переключил невидимый тумблер в голове крестьянина, и тот, издав нечленораздельный боевой клич, кинулся вперед, выставив копье.

Стаса спасла лишь реакция и то, что его оппонент все еще плохо видел.

Копье почти задело бок мужчины, воткнувшись в спрессованную землю упавшей с неба плиты.

Ордынцев же кое-как устоял на ногах после стремительного рывка. В голове землянина все перемешалось, но это не мешало ему осознать простую истину — если он не заберет копье, то вскоре сможет в полной мере прочувствовать его в своих внутренностях.

Живот стремительно сжался от такой перспективы, и Стас ринулся вперед, пытаясь перехватить и отобрать проклятую деревяшку.

3
Перейти на страницу:
Мир литературы

Жанры

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело