Ритуал (СИ) - Ри Тайга - Страница 153

Жрец взял ещё одну высокую ноту, такую же раздражающе некрасивую, что хотелось только одного — заткнуть его немедленно, и я не стала противиться своему желанию.

И отправила образ-приказ. Пусть замолчит. Пусть снова станет красиво. И в этот момент не стало меня — и стали Мы.

… мы видели, как странные лица с покрытыми туманом лицами, убивали и отступали…

… мы видели, как ручейки силы к нам в круг становятся все больше и больше…

… мы дышали и плотность серебристого света была такой, что перехватывало дыхание…

И всё изменилось, вместо ласкового света мир стал яростным, колючим и обжигающим, как только упал жрец, сила внутри круга взъярилась, требуя… подчинения, выхода, требуя возможности излиться, но была заперта внутри … мы чувствовали ярость этой силы, которая раз за разом прошибала и тут же волной откатывалась назад — выход не здесь… искры перестали быть ласковыми и больно кололись, требуя… мы дергали цепь, пробуя ещё и ещё…

…мы видели, как падают фигуры в синем… такие искрящиеся… и искры их силы ручейками вливаются в круг становясь единым целом…

Сила искала выход, металась внутри круга, неизменно возвращаясь к центру, с каждым разом, давя всё сильнее и сильнее, пока мы просто не захлебнулись … и сила хлынула внутрь разрывая в клочья … у силы не было сознания, нас распылило на осколки — много мелких мы, и почти уничтожило, разметав…

…мы растворялись в большем источнике… почти таяли…. мы были просто силой… и уже не было мы… пока серебристый хвост больно не хлестнул нас и мир не взорвался осколками боли…

… мы оказались в странном месте, где узкие стены уходили в небеса, и где каждый поворот был ловушкой… и мы знали каждый из тупиков и поворотов… мы — знали… мы уже были здесь…

… мы изучали, как искры силы впитываются, наполняя стены светом насквозь…которые дрожали в воздухе ослепительным маревом…

… мы видели странное создание с длинным хвостом, которое переливалось чешуей и светом… это создание кружилось вокруг нас, по спирали, защищая… становясь все больше и больше, пока не исчезло, насытившись…

… но силы было слишком много… мы — было слишком мало… и мы растворялись, истаивая искрами… пока боль не обожгла… что-то вспыхнуло ослепительным светом и воронка силы начала уменьшаться…

… браслеты… образ всплыл в голове… мы знаем, что это такое… браслеты… мы знаем, и мы — боимся.

***

Луэй отступал, кидая плетения сразу с двух рук — его теснили в угол. «Пустые» шли строем, а дурной мальчишка, которому он открыл клеть и снял удавку, кинулся к своим и стал совершенно бесполезен.

Всё полетело за Грань сразу, как только началось жертвоприношение — слишком много даров, слишком много силы, внутренний круг не сработал, но внешний — удержал, этого он не учёл.

Сила билась в купол, ломясь в сторону жреца, с неистовством твари.

— Немилость!!! — орала старуха, потрясая тростью, почти подпрыгивая и бегая с внешней стороны границы, — Печать бога! Предназначенная в дар Немесу! Немилость! — но сила упорно проламывала путь через купол, стремясь к жрецу.

Вспышка.

Луэй перегруппировался. Он бы мог сказать старухе, что на девчонке нет немилости, но зачем? Сила возьмет своё.

Вспышка.

Одно кольцо рассыпалось в прах. Осталось два купола.

Уровень силы вокруг нарастал — плотность была такой, что ему было трудно дышать, и он не представлял, что творится в круге.

Вспышка. Плетение. Вспышка.

Дальше отступать некуда — он дошел до края, и в этот момент девчонка призвала дар. Он отступал и видел, как сквозь серое марево масок хищно блеснули золотом длинные узкие зрачки, как его отряд развернулся, и просто разметал жреца на куски — жрец умер трижды за мгновение — ему сломали шею, отрубили руку и голову.

Луэй был готов, и отбирал каждого из серых сам. Потому что он был там. После. И знал, на что способна юная сира Блау. Но такого не предполагал даже он. И это было хорошо. Он получил слово — такое сможет защитить Винни.

Серые, повинуясь приказу девчонки, выбрали новую цель и развернулись к старухе.

— Измена! — визжала Аю. — Измена!

Луэй начал перемещаться по кругу — быстро, так быстро, чтобы «пустые» не успевали реагировать, приближаясь к старухе — ему нужен ключ.

***

Из лабиринта меня вышвырнуло рывком, я не удержала равновесие и рухнула на бок, больно вывернув левую руку на цепи. Браслеты Арритидесов светились так ярко, что на глазах выступили слезы, и стали такими тяжелыми от сожранной силы, что не поднять рук.

Великий хранит меня! От ощущения, что я исчезаю, просто растворяюсь в чужой силе, меня потряхивало до сих пор. Великий хранит меня! Или точнее — меня хранит дядя!

За кругом творилось безумие — Серые швыряли плетения и резали «пустых», как скот, те падали, поднимались, отбрасывали отрубленные части тела, снова падали, и снова поднимались… кровь начала заливать внешний контур круга…

— Измена! Ты посмел, тварь! Убить! Убить всех! — орала Аю захлебываясь, в сторону Серого, который отмахивался сразу от двух пустых.

Этого ждал Луэй? Снять всех одновременно?

— Да будет жертва! — Аю взмахнула тростью в сторону круга, артефакт вспыхнул в ее руках, кисточки заискрились.

Силы стало больше, с каждой каплей крови, давление нарастало, и сейчас просто рванет.

Я уже стояла на коленях, с большим трудом держа спину ровно — плечи гнуло к полу, цепь противно подрагивала, когда звенья вибрировали от мощи.

— Убить! — бесновалась старуха, и я поняла, что Луэй проигрывает. “Пустые” теснили их к стенам, не чувствуя боли, шагали, поднимались, и падали, швыряя плетения с такой скоростью, что не выдерживали кольца — вот ещё один серый вышел из игры.

Нужно убить Старуху!

Сдохни! Я собрала все эмоции внутри, скрутила в узел, открыв воспоминания из лабиринта, от которых до сих пор леденела от ужаса спина.

Страх… страх такой всеобъемлющий и такой большой, что поглощает всё… страх раствориться… растаять… исчезнуть… потерять себя прямо здесь и прямо сейчас… страх, что тебя не существует… и ты никогда не существовала раньше… что никогда больше не будет я… только мы…

Я скрутила страх в узел, как плетение, сжала, добавив ярости, боли, и ненависти к старухе… ко всем ним… и… швырнула эмоции… открываясь так широко, как могла…

***

Тир матерился, из последних сил удерживая защитный купол — растянуть на пятерых! Он сшиб артефакт клети сразу, но они шевелились слишком медленно.

— Лидс, Фейу, — первая линия — защита! Только защита! — проорал он громко. — Отступайте в угол! Держать оборону, не нападать!

— Вайю! — пискнула Ву.

— Отступать! Лидс!

Когда рядом расцвели два защитных купола сразу, Тир позволил себе миг передышки. Творилось демоны знает что — Серые убили Жреца, старуха орала — измена, и «крысы» крошили серых и пустых.

Не думать. Не анализировать. Действовать. Так учил отец. Он потом рассмотрит каждый шаг на записях.

Круг вспыхивал, и Блау была окутана огромными светящимися спиралями силы, которые приподнимали её над полом.

— Кантор!

— Позже, — отмахнулся он от Марши и щелкнул кольцами. — Нужно порвать круг…

И вытащить Блау. Если это вообще ещё возможно.

Прежде, чем он успел сделать шаг, их накрыла ментальная атака такой силы, что он, тренированный с самого детства, рухнул на одно колено, не удержав равновесие, защитное кольцо рассыпалось в пыль, а сзади завизжали так, что заложило уши.

Страх. Страх был всеобъемлющим и таким большим, что поглощал всё… страх раствориться… растаять… исчезнуть… потерять себя прямо здесь и прямо сейчас… ярость, ужас, ненависть, боль…

Эмоции прошибли наотмашь, и тонкая струйка крови хлынула из носа.

Фейу завизжала от ужаса, и спину обожгло огнем — Марша Фейу потеряла контроль над родовым даром.

***

За кругом всё вспыхивало огнем — горели чужие плащи, ханьфу и руки, купол пылал — пламя стекало вниз, отброшенное защитой рунного круга. Уровень силы нарастал, плотность увеличивалась, жертв было слишком много, слишком…