Ты моя Снегурочка (СИ) - Марр Риа - Страница 20

Проследив, как она неуверенно, боком, продвигается к двери, боясь повернуться ко мне спиной, хищно усмехнулся. Нет, стервочка, для тебя все только начинается, так что беги, прячься, пока можешь. Но где ты найдешь такую глубокую темную норку, из которой мои ребята не сумеют тебя вытащить!

— Эй, ребята, там в коридоре!

В дверь немедленно заглянул охранник:

— Иван Владимирович, что-то нужно?

— Да, телефон, позвонить Сергею!

— Держите, вот недавно новый для вас доставили, ваш в аварии пострадал, безвозвратно. Но вы не беспокойтесь, симка сохранилась, она в этом телефоне, со всеми прежними номерами.

— Ты думаешь, что я наизусть не знаю номер Сергея? Давай! — я забрал телефон, нервно набирая знакомый номер:

— Сергей, срочно приезжай ко мне в больницу!

— Так почему ты мне сразу ничего не сказал?

— А когда я должен был тебе все рассказать? Как только ты вышел из комы и морщился от боли? Чтобы тебя добить, раз сам не умер? Иван, ну пораскинь мозгами, я же не только твой начальник безопасности, но и родственник тоже. Мне что, надо было довести тебя до нервного срыва, а потом на могиле рыдать вместе Катей и твоими родителями?

— Не преувеличивай, из тебя слезиночки не выдавишь, даже если давить будем всем мужским коллективом.

— А ты пробовал? Может это я только снаружи такой суровый и неприступный, а внутри нежный и беззащитный. Знаешь, как Катерина меня дома зовет? «Мой сладенький, мягонький зверик». Только ты не вздумай ей сказать, что я тебе проболтался, она меня в бараний рог мигом скрутит.

Я скептически посмотрел на этого зверика, который, даже сидя на стуле у моей кровати, внушал уважение всей своей дубовой комплекцией. Махина, этакий крепко держащийся за землю мощный баобаб, которого не вывернешь с корнями никакими неурядицами. Это какой же из него бараний рог по размерам выйдет?

Хотя…, если бы Аленка назвала меня так же…, тесно прижавшись всем телом и потянувшись с желанием к моим губам…. Для этой девочки я готов стать кем угодно. Мишкой, зайкой, пресловутым бараном, котярой, пернатой живностью. Лишь бы вместе, лишь бы рядом, а не так, как сейчас — я здесь, а она там, страдает из-за меня, тупоумного. Представляю, что Снежка сейчас испытывает и как нелестно думает обо мне. А мне плохо только от того, кем она меня представляет в свете последних событий. Мне бы к ней, так бы и побежал, но… Душа не со мной, где-то с ней, так пусть она будет ее хранителем. А я здесь, постараюсь сделать все возможное, чтобы как можно быстрее и телесно быть рядом. Нельзя раскисать, надо бороться. Бог подкидывает испытания сильным, чтобы они их преодолели и стали еще сильней, распрямляясь во весь рост. А слабых он жалеет, зачем их испытывать, они и так всю жизнь живут на коленях. Так когда, Иван, ты ломался перед обстоятельствами?

С такой, как Аленка, должен быть сильный, самодостаточный мужчина, защитник, а не рохля. Потому что эту пичугу можно легко обидеть, растоптать и унизить, только оттого, что слишком она особенная, как горлица в стае голубей. Вроде и рядом, а на особинку. Да еще и Костик, кроха, по которой та же сволочная жизнь с первых месяцев проехалась тяжелым колесом своей колымаги. Разом, оставив малыша сиротой. Повезло ему только с сестрой, но как долго Аленка не сломается?

А какая гордая моя девочка, даже не пыталась ничего выяснить и предпринять. Слова не сказала, ушла молча. Решила, что не вправе мешать встрече супругов? А что, вполне так и могла подумать, тактичность в правилах ее поведения. Ни разу не видел, чтобы она с кем-то ругалась. Всегда веселая, приветливая, доброжелательная. Уверен, что и с Анной не смогла бы поругаться, на все оскорбления просто промолчав или попытавшись уйти.

В отличие от меня. Да я бы сначала камня на камне не оставил, а потом бы пошел к сопернику… убивать. В крайнем случае вытряхивать из того душу. Никто не смеет посягать на Мое. Я готов кричать и доказывать это всему миру!

Нельзя сейчас о Снежке думать, совсем с катушек съеду, и так держу себя в руках, на нервной грани, пытаясь не впасть в депрессию. Нельзя! Вздохнув, вернулся к теме:

— Сергей, еще сказки расскажи о ваших любовных играх часа на полтора. Что ты мне здесь байки травишь, думаешь, я не понимаю, откуда ноги растут? Наверное, такие четкие инструкции от племяшки получил, что сейчас каждому ее параграфу следуешь, лишь бы ни слова не говорить четко по делу. Я знаю, как Катерина может голову задурить всем, заботой о моем здоровье, не чужая, на моих глазах росла. Так что лучше тебя представляю, на что эта шельма способна. Давай, рассказывай, что там накопали?

— Обижаете, Иван Васильевич, Катюша все же моя жена, да и правильно она говорит. Кто же, как не родственники, о вашем здоровье позаботятся? Пока вы у нас в холостяках ходите.

— Да, в холостяках, знаешь уже, что за грязь здесь Анна со «стаканом воды» разыграла. Не кривись, если бы тебе не доложили, то какой же ты «без»? Или у нас проблемы со службой охраны и вы все проморгали? Мне надо пересмотреть штат моих охранников и их прямые обязанности? Не разочаровывай меня, Сергей, скажи, что это не так.

— Иван Васильевич, да с чего вы это взяли. Вот они где все у меня, — и он показал грозно сжатый кулак. — Да я их сам разнесу в пух и прах, если только что почую. Встряхну так, что они даже, лежа на девке, о службе помнить будут, не расслабляясь. Нахренасе они тогда мне в охране нужны?

— Не злобься, ишь, набычился сразу. Ну и какой ты «зверик» после этого. Зверюга дикая, тобой только людей пугать. Дать, что ли, приказ Катерине, чтобы она охранникам, в обязательном порядке, каждому по пачке памперсов закупила, для разговора с начальством. Представляю, как ты с ними у себя разговариваешь, если даже мне сейчас не по себе от твоего рыка. Вон как громыхнул, стекла в окне зазвенели.

— Хорошо, ты же мой непосредственный начальник, подчиняюсь, — Сергей замолк, а потом опять заговорил. — Катюша меня убьет. Не сердись, просто хотелось, чтобы ты хоть немного окреп.

— А если я проваляюсь не одну неделю?

— Тогда я и мои ребята просто будут выполнять свою работу. А ты поправляться, сейчас это главное.

— Согласен.

— Хорошо, тогда слушай. Я опять нарываюсь. Ты же знаешь, что в нашей стране невозможно все делать по закону, да и долго, нудно и не факт, что в конце получишь результат. Даже если просто следишь за человеком, по тем или иным причинам. А время дорого. Вот и пришлось опять выезжать на связях подключать все, знакомства и прочее, чтобы только получить прослушку телефонов, не говоря об остальном. Ты был в коме, поэтому я действовал на свой страх и риск.

— Не прибедняйся, а то я не знаю, на что ты способен!

— Слушать-то будешь или прервемся, видок мне твой не нравится, может, медсестру позвать, с укольчиком?

— Переживу, просто сердце не на месте из-за Снежки.

— Все в порядке, за ней и Костиком присматривают, парни недавно отзванивались. Ты не представляешь, сколько нервов я потратил на эту тетку из детдома, пока она согласилась принять нашего парня якобы охранником в штат. Зато теперь и Костик на глазах, а Алена твоя на учебе сейчас, так что не изводись.

— Сергей, нельзя их даже малейшей опасности подвергать, не дай этому произойти.

— Да понимаю все и переживаю тоже, она мне Катюшку мою напоминает, так что можешь не предупреждать. Так вот. Помнишь, когда мы вели Слонова по разработке твоей фирмы, ты разрешил в его окружение втиснуть нашего человечка для информации? А недавно попалась мне случайно одна ушлая девица. Девочка из «плечевых», но красивая киса и умненькая. А еще большая любительница «зеленых». Мечта у дамы — накопить побольше деньжат, откупиться от сутенера и, свалив из нашего города подальше, заняться легальным бизнесом, выйти замуж, зажив нормальной жизнью. У девки жизнь не сахар, но она старается выползти из грязи. Жалко ее.

— Ты у нас вообще жалостливый, особенно, когда из врагов информацию добываешь, не все твои ребята такое зрелище выдерживают.