Танки не лгут (СИ) - Ками Катори - Страница 15

Отчаянно пожалев, что не поговорил с Танком раньше, Эван откинулся в седле и задумался. Получается, Хилдебранд убил своих же? Не хотел делить лавры по поимке мальчишки? Но тогда проще было убить уже после успешного захвата. Неужели, побоялся за жизнь названного племянничка?..

"И еще, Ван, — прервал его размышления Танк. — Обернись".

Не чувствуя в его словах угрозы — скорее даже небольшую веселость — Эван разорвал контакт и развернулся. Сначала он не понял, куда смотреть: пустыня была голой до самого горизонта. Затем догадался пройти к хвосту и только тогда увидел его.

Маленький лупоглазый танк семенил за Танком, стараясь держаться в стороне от поднимаемых им клубов песка. Эван узнал в нем того самого геккона, что тыкался мордой в своего мертвого Наездника возле Оазиса. Длиной он был не больше половины массивного хвоста Танка и наверняка мог пробежать у него под брюхом, едва пригнувшись.

Усмехнувшись, Эван негромко свистнул. Геккон немедленно поднял голову и смешно моргнул, чуть втянув при этом глаза в череп. Забавная особенность этой породы танков заключалась в том, что в бой они шли крепко зажмурившись, надежно спрятав большие уязвимые глаза за чешуйчатыми веками и крепкой лобной костью.

Решив, что разберется с гекконом позже, Эван вернулся к друиду. Тот успел сесть, обняв себя за плечи, и, к счастью, больше не дрожал.

— Рассказывай, — Эван сел рядом с ним. — Он типа твой учитель?

— Типа того, — глухо отозвался Ник, не шевелясь. — Один из наставников. И, как мне казалось, друг.

— И чему он тебя учил?

— Это сложно объяснить… — Ник замялся. — Скорее духовный наставник, чем учитель.

Он снова умолк, и Эван, выждав несколько долгих минут, сухо спросил:

— Мне обязательно каждый вопрос вслух задавать? Или все-таки расскажешь уже наконец, как ты связан с Отступниками и почему за тобой охотятся?

— А если не расскажу, ты не станешь мне помогать? — Николас повернулся к нему и пристально посмотрел в глаза. Взгляд у него при этом был самый отчаянный, будто при отрицательном ответе он прямо сейчас спрыгнет с Танка.

И было что-то еще в этом взгляде. Что-то такое… Пусть Николас и не дал четких ответов, но многое было понятно и без того. Этот мальчишка пытался играть ва-банк в игре, где были слишком сложные правила и безбожно крупные ставки.

— Ладно, — вздохнул Эван. — Не хочешь — не говори. Давай тогда думать, что делать с этим красавчиком. Возьмем в секс-рабы и заставим ублажать нас по-очереди или все-таки довезем до города и вышвырнем там нагишом?

Эффект, на который он надеялся, был достигнут: глаза Николаса широко распахнулись, и он даже непроизвольно от него отшатнулся.

Эван усмехнулся.

— Значит, второе, — подытожил он. — Разворачиваемся?

Ник несколько секунд напряженно размышлял, а потом покачал головой.

— Опасно. Он знает о тебе… О нас с тобой.

— Звучит как-то двусмысленно, — фыркнул Эван. — А голый мужик в нашей спальне добавляет еще и пикантности.

На этот раз Ник не смутился, а возмущенно на него посмотрел.

— До сих пор ты не сыпал вульгарными шуточками через слово, — он чопорно поджал губы.

— Так до сих пор и повода не было, — усмехнулся Эван, довольный, что наконец смог переключить настроение разговора.

Ник слабо улыбнулся.

— Его надо привязать, — сказал он твердо. — Танк может вырастить какую-нибудь ручку?

— Может, если ты ему поможешь, — Эван встал. — Идем, — он протянул Нику руку.

Тот помедлил, но потом все же схватился за его ладонь.

Ветрогон сидел в той же позе, в которой Эван его оставил, вот только полотенце он успел разложить и накинуть себе на ноги.

— Если мне нельзя носить мою одежду, может быть, дашь мне свою? — поинтересовался он, убедившись, что Эван не собирается хвататься за тесак.

— Мне нравится и так, — усмехнулся Эван. — Ник не разрешил мне забрать змеиную погремушку, поэтому ты вместо нее.

— И в каком же качестве? Как трофей или как украшение? — поинтересовался Хилдебранд насмешливо.

— Будешь много болтать — приколю на стену, как насекомое, — пообещал Эван сухо. — Тогда точно будешь украшением.

— Что нужно сделать? — спросил Ник, проигнорировав их перепалку.

— Частичное Обновление, — Эван подошел к стене, возле которой сидел ветрогон, и коснулся теплой плоти. — Вот тут можно вырастить щуп. С тебя магия, с меня параметры для биоса. Сделаем сразу ошейник, чтобы точно никуда не делся, и заодно, чтобы заткнуть можно было.

— Я еще петь могу, — недобро усмехнулся Хилдебранд, будто это была самая страшная в мире угроза. — Тебе нравилось, Никки. Помнишь?

— Делай сразу с кляпом, — мрачно сказал Николас и пошел к своему сундуку.

Оставлять его с ветрогоном надолго Эван опасался, поэтому дождался, когда Ник заварит свой чай и только тогда направился к окну.

— Не подходи к нему, я сначала запрограммирую Танк, — предупредил он.

Ник кивнул, а затем окликнул:

— Эван, подожди. Сядь, — он указал на кровать.

Удивленный, Эван послушался, буквально кожей чувствуя на себе взгляд ветрогона. Ник сунул ему в руки стакан и обмакнул в чай большие пальцы.

— Закрой глаза, — приказал он.

Как только Эван выполнил и это распоряжение, его век коснулось влажное тепло, и он едва не застонал от облегчения: жгучая боль тут же ушла, а исцарапанная, успевшая воспалиться слизистая мгновенно успокоилась.

— Как мило, — прокомментировал из своего угла Хилдебранд. — А мне глоточек можно? А тут ни сквозняка, ни пыли. Так и зачахнуть недолго.

— Спасибо, — проигнорировав ветрогона, Эван улыбнулся хмурому Нику и поспешил в седло.

"Я понял, Ван", — деловито отозвался Танк, когда задачу удалось максимально точно визуализировать. — "Я постараюсь".

Эван похлопал его по шее, по-быстрому глянул, не отстал ли геккон, и вернулся в каюту.

— Ну что, приступим? — ожидающий его Ник молча кивнул. Эван ухватил Хилда за связанные руки и оттащил в сторону. — Просто дай ему сил, он сам отрастит, что нужно.

— Что-то гибкое и упругое? — протянул ветрогон насмешливо. — Да, Эван? Кстати, ты уже был в танке-борделе, Ник? — он усмехнулся, когда друид изумленно распахнул глаза. — Что, твой мех тебе не рассказывал? Я все сижу гадаю, где у вас тут нужные отростки прячутся. Прямо в кроватях? Или все же в стене? Или в этих милых округлых сундуках?..

Под конец его тирады Ник стоял весь красный и пыхтел как сердитый шипохвост. Эван старательно загасил улыбку.

— Где бы ни были, тебе такое счастье не светит, — ответил он спокойно, и Ник уставился теперь уже на него. — Но можешь и дальше фантазировать о сундуках.

Хилдебранд довольно улыбнулся, то ли от того, что Ник оказался парализован его фривольными речами, то ли радуясь, что нашел достойного собеседника.

— Если захочешь разнообразия — попроси Никки сделать тебе деревянную дубинку, — протянул он. — Правда, для этого вам придется освободить мне руки, — Хилд дернул скованными запястьями, а Эван только сейчас наконец рассмотрел, чем именно они связаны. Это безо всякого сомнения было дерево, причем живое. Оплетающие руки мага то ли ветки, то ли корни, блестели гладкой корой и словно врастали друг в друга, не давая пленнику ни единого шанса вывернуться.

— Что это? — Эван с любопытством погладил оковы.

— А ты не знаешь? — удивился Хилдебранд. — Какая-то херовая у вас команда.

Ник прищурился, взмахнул руками, и оковы ожили, снова оплетая голову ветрогона и надежно затыкая ему рот. Тот протестующе замычал, но Ник равнодушно отвернулся.

— Карандаш, — сказал он сухо. — Древняя реликвия. Знаешь про такие?

— Карандаш и бумага, — хмыкнул Эван. — Кто же не знает. Моя бабка часто говаривала, особенно во время песчаных бурь: "Отомстила природа за карандаши".

— Твоя бабка ошибалась, — бросил Ник, не глядя на него. — Природа не умеет мстить, — и, окунув руку в стакан, приложил мокрую ладонь к стене.