Чай с жасмином (СИ) - Рам Янка "Янка-Ra" - Страница 18

— Пять месяц, растопыривает пальчики на ладошке.

— Ты прекрасно справляешься!

— Правда? А Джан говорил… — отрицательно качает головой, закусывая губу.

Мне хочется порычать, что она все время вспоминает его. Но как же иначе? Ее жизнь состояла только из него. Я существую для нее каких-то три дня.

— Пойдем…

Помогаю ей с букетом.

На кухне хохот.

— А ты почему одна?

— Михаил сказал, — отрицательно качает головой. — Ты не разрешать мне готовить.

— А! Правильно.

— Как мне тебе накрыть? — тревожно.

— Ясенька, мне пока есть нельзя, я на протеине пару дней. А ты покушаешь с ребятами.

— Не понимаю.

— Соревнования. Мне нужно экстренно скинуть вес. Есть можно только спортивное питание, — показываю на пакет. — Коктейли, таблетки.

— Ну что за жена?! — горько вздыхает она. — Кушать — нет. Постель — нет. Убраться — нет. Детей — нет. Зачем я?!?

Требовательно смотрит на меня, хмуря свои брови в разлет.

Целую в переносицу.

— Любоваться…

Леша с Михаилом на тренировках, завтра этот самый кроссовер.

Симка на работе. Зачем она работает? Почему Михаил просто не возьмет ее замуж, если она невеста? Говорит, ей нравиться так и торопиться некуда. Живет, как жена, а не жена. В России все с ног на голову!

Я уже переделала по дому все, что только возможно. Квартира маленькая, что тут вообще делать? Пара часов и все.

Привела себя в порядок…

Теперь смотрю на часы и на пустой экран телевизора.

До вечера еще долго.

Включить?

Отец не разрешал нам смотреть TV, только некоторые каналы. У Джана, наоборот, всегда фоном музыка, похабные клипы или какие-то жестокие фильмы. В моей комнате телевизора не было. Как здесь? Я не спросила у Леши.

Не буду пока включать. Спрошу вечером.

Веду пальчиками по дивану, сетуя на то, что я такая бестолковая. Надо было промолчать!

А теперь он больше меня не касается. Но я чувствую его постоянный неудовлетворенный огонь. Значит, он будет брать кого-то другого. От этого душно и неприятно. У них не берут второй жены. Берут всяких недостойных женщин. Сегодня одну, завтра другую. Это очень сложно принять.

Иду на кухню, сменить воду у замоченных баклажанов. Готовить еще не бралась. Надо же чтобы было горячее к приходу Леши. Стягиваю со стола яблоко. Откусываю кусочек. Аппетита нет.

Леша сказал придет в восемь. Скорей бы он пришел. Когда он рядом мне спокойнее.

Слышу звук ключа во входной двери. Это, конечно, может быть Симка. Но мое сердце колотится, и я лечу туда.

Симка.

— Привет, Ясь!

— Привет.

Подхватывает с тумбочки пульт включая музыку.

— Тебе не мешает?

Отрицательно кручу головой. В коридоре громковато, там колонка, но если уйти в комнату или спальню — нормально.

— Малышка, ты что обои вымыла?! — застывает она на кухне.

— Нельзя было?! — замираю я.

— Зачем??

— Они как это…моющие… — объясняю я. — Их можно мыть.

— Я в шоке. Это даже не наша квартира! Съемная! А она обои выдраила… Тебе что заняться больше нечем было?!

— Чем?

Чем же мне еще заниматься?

— Телек посмотри, почитай, в интернете посиди.

— Книга здесь нет.

— Электронные. В сети.

— Там… Надо Леше выбрал — какие можно.

— Серьезно?!

Киваю.

— Нет, Ясь! Открываешь, начинаешь читать. Нравиться — продолжаешь. Не нравиться — ищешь следующую. Леха тебе и слова не скажет. Я тебе сейчас свою «читалку» электронную дам. Там тьма офигенной фантастики!

— Как это?

— Ммм… Это когда про другие миры… которых нет… авторы придумывают чудеса всякие…

— Хм… Я не очень по-русски. Надо простое. Полезное.

— Найдем что-нибудь, — достает из холодильника йогурт.

Пора начинать готовить, скоро придут мужчины.

Симка помогает.

— Симка… А как полное имя?

— Мария.

— Мария?! А почему называют Симка?

— Да… я же сисадмин. Волосы оранжевые. Платы, видео-карты… Симка! Это персонаж мультфильма. Видела Фиксиков?

— Нет.

— О! Мы с тобой сегодня будем мультики смотреть. Ты как?

— Мультики? Детям?

— Да, — улыбаясь кивает она. — Есть классные!

— Мария… короткое как?

— Маша.

— Маша. Маша Лучше. Фаршируешь… вот так надрезы, чтобы пропиталось маслом, сочно. Сверху фольга.

— А сыр?

— Сыр потом. Фольгу снять. Сыр положить.

— Ясно…

Отдаю делать ей, сама мою руки и плету ее волосы в косу. Не хорошо с распущенными готовить.

Трогаю их на ощупь. Пересушенные.

— Нужен май-онез

— Майонез?! — прыскает она от смеха.

— Конечно! Уксус — как это… конди-ци-онер? Яйцо, масло, питать… горчица — кровь… ммм… как сказать? Жжет! Сильнее… усилить? Нужен майонез. Хороший. Я сделала, — достаю баночку с домашним майонезом. — Шелковые, гладкие потом.

— Сделаешь мне?

— Конечно!

Когда все поставлено на плиту и перемыто, усаживаю ее в арке между кухней и коридором на стул, прочесывая ее яркие пряди гребнем. Мы всегда дома помогали друг другу наводить красоту и мне приятно помогать ей. Может, Михаил быстрей на ней женится, если привести ее в порядок.

Вздыхаю…

Она старше меня. И мне надо посоветоваться. Но я не могу с ней посоветоваться, потому что она все делает неправильно. С другой стороны… Она понимает как думает Леша. Наверное. И Леша сказал — сестра. Спросить или не спросить?

Совет надо спрашивать у счастливой. Так говорила мама Амина.

Маша выглядит веселой, довольной. Михаил ее не ругает, тоже довольный, улыбаются.

Вздыхаю опять.

— Ясь? Ты чего?

— Маша, подскажи мне… — чувствую, как в лицо бросается кровь.

— М? — разворачивается, вглядываясь в мои глаза.

— Как у вас… мм… — пытаюсь найти я слова, опуская глаза. — С мужчина… надо… вести себя…

— В смысле? — хмурится она.

— Леша. Он… не хочет меня. Не берет, — признаюсь я, закрывая от стыда глаза.

Ее брови удивленно взлетают.

— Че-го?! — недоверчиво разглядывает. — Не берет, не значит не хочет.

— Почему тогда?

— Ты девочка? Невинная?

— Нет, — опускаю глаза. — Был муж. Леша забрал меня. Тот прогнал.

— Почему прогнал?

— Плохая жена. Дерзкая. Говорю неприятное. Непослушная. Хотел воспитывать. Выгнал на холод. Сказал — на колени вставай. Покорись. Я не стала. Стояла раздетая. Холодно. Нехорошо стало. Леша забрал. Не отпустил.

— Вот мудак! — открывает она в возмущении рот. — Себя, пусть, козел, повоспитывает!

— Нельзя так про мужчину!

— А с женщиной так можно?! Правильно Леха тебя украл!

— А теперь не берет, — вздыхаю я. — Говорит — жена. Сам не касаться.

— Не хочет торопить тебя, может, — пожимает плечами.

— Не хочет… — вздыхаю я.

— Ясь! — тащит за руку к зеркалу. — Посмотри… Да ты… Даже я хочу тебя трогать! — Ведет ладонями по предплечьям. — Ты нереально красивая. Гладенькая! Бархатная! А как он смотрит на тебя?! Да он уже там, наверное… На луну воет! Не гладит тебя так?

— Гладит.

— Целует?..

— Сюда, — показываю на шею. — Один раз. Сюда, — губу. — Коснулся. Все.

— Офигеть. Бедняга… — улыбается она. — Поцелуй его сама! Боится тебя трогать — это же очевидно.

— Как это… целовать? Куда?

— В губы.

Я на нее смотрю, как на дурочку, а она на меня.

— Нехорошо в губы, — знаю, что у них не так.

— Ооо! Почему это?!

— У вас не так. Знаю. У нас мужчина чистый. Женщина — грязная. Нельзя. Рот нельзя.

— Совсем?! А минет?

— Как это?

— Ну ласкать мужчину? Член брать в рот.

— Так можно. Рот и рот — нельзя.

Маша начинает хохотать.

— Аха! Значит трахать — чистая, а целовать — грязная?! Охренели!!!

— Тра-хать?

— Ой! Забудь это слово, Ясь, меня Леха убьет. Короче. У нас, наоборот, девочка считается чище мужчины. Поняла?

— Нет.

— Так, не заморачивайся! Чистое-грязное — забудь! Ты для него самое чистое. Тебе нужно так теперь думать. Не веришь мне, у него спроси. Поцелуй его в губы, он будет счастлив и думаю, не выдержит, и возьмет тебя.