Чай с жасмином (СИ) - Рам Янка "Янка-Ra" - Страница 12

— Теперь это, — показываю на мотошлем.

— Зачем?

— У меня не машина. Байк.

— Байк?

— Мотоцикл.

— А?!

— Я поведу, ты сядешь сзади. Обнимешь меня покрепче и все будет хорошо. Только не отпускай, ладно.

— Леша… — испуганно.

— Тебе понравится!

Шокировано смотрит на меня.

— Все будет нормально, — надеваю шлем, застегивая снизу. — Я тебя хоть раз обманул?

Отрицательно качает головой.

— Я очень аккуратно поеду. Медленно. Держись и все.

И конечно же, мне безумно хочется ее пообнимать и поуспокаивать. Поубеждать… Погладить…

Но у нас нет времени на это.

И я просто помогаю надеть рюкзак. Беру за руку. Мои должны быть уже здесь. Медленно бегают… Надо больше гонять. Выглядываю в окно. У ворот столпотворение! Пацаны неуверенно поглядывают на мои окна. Включаю сигнализацию. Опускаю забрало ее шлема.

— Тебя никто не увидит.

Беру ее за руку, выходим.

Мое сердце колотиться. Ничего я не боюсь! Только одного. Что она захочет пойти к нему сама. Этого боюсь до ужаса!

— Здорово, пацаны! — поднимаю я руку.

— Лех, а чо за кенты? — улыбается мне самый беспредельный из моих — Костик, прикуривая сигарету и поглядывая на толпу Джана.

Ладно, за сигареты эти потом его нагну.

Сейчас не до этого.

— Прикроете немножко? Мне надо свободно уехать. Эти люди мешают.

Они с любопытством и азартом оглядывают людей Джана.

— Без фанатизма! Просто потусуйтесь тут. Уеду, дуйте по домам, встретимся на треньке, послезавтра.

Я чувствую, как трясет Ясю. Поглаживаю пальцем ее мокрую ладошку.

Джан дергается, увидев со мной ее. Ворота мои открыты, и он отталкивая плечом Костика врывается внутрь.

— Стой здесь! — бросаю я Ясе, оставляя ее на крыльце.

Слетаю с крыльца, преграждая ему дорогу.

Пацаны встают плечо к плечу, не пуская идущих следом за ним.

— Вышел! — толкаю ладонью его в грудь.

— Это моя жена! — рычит он, отбивая мою руку

Но я снова толкаю его.

— А ну-ка иди сюда, тварь!!!

— Ой, какой грубый… — стебется Костик, я слышу смешки своих. — Леха, ты чо жену у него увел? Ну ты даешь! Красивая?… Чего спрятал?! Покажи!

Засмущают мне сейчас девчонку!

— Тихо мне тут! Не жена она ему, — смотрю в глаза Джану, продолжая давить в грудь. — Вышел. Или сломаю тебя здесь сейчас. Я два раза не предупреждаю.

— Мужик, беги! — хохочут мои. — Сломает!

— У меня свидетелей двенадцать человек, что ты вломился и напал, — предупреждаю я.

— Положат сейчас твоих свидетелей из травмата. Только сигнал дам.

— Да?… Это ж местные пацаны. У них отцы люди серьезные, за каждого из них тебя три раза живьем закопают. Вот, Серый, — киваю на ближайшего. — Отец полкан ФСБ.

Серый с улыбкой делает ему ручкой.

— Костик — любимый племянник мэра города. У Ивана мама депутат законодательного собрания. У Булата дед нефтяник. С кем закуситься хочешь? Камера пишет.

— И я снимаю! — показывает телефон один из моих.

Неуверенно оглядывается.

— Не только у тебя есть «люди». У меня своя "община". Я предлагал тебе по-мужски вопрос решить. А теперь пошел вон! Последний раз говорю.

Я не хочу, чтобы он подчинился. И он не подчиняется, оскаливаясь на меня.

Толчок во внутреннюю часть колена и его нога подкашивается. И он «нечаянно» приземляется мне лицом на локоть. Заламываю летящую в меня руку, разворачиваю и толчком в спину отправляю до ворот.

— Леша!! — вскрикивает испуганно Яся.

Удивляюсь своему хладнокровию и сдержанности. Даже месить его не хочется. Противно прикасаться!

— Пацаны, ну вы ж все слышали, я три раза попросил покинуть частную собственность! Ласково же вывел?

— Леха добрый! — стебутся они. — Ласковый!

— Ты ж знаешь Лех, мы за тебя порвем!

— Красивая? — высовывает язык Костик, подмигивая мне.

— Вот, борзота! — шикаю на него. — Пропустите дяденьку. Он выйти хочет.

Они расступаются.

— Костя, ворота закроешь за мной.

Джан оборачивается.

— Этого я так не оставлю. Есть и другие способы.

— Подумай хорошо. Потому, что достанешь меня, Я уже этого так не оставлю.

— Ясь… — тяну ее за руку. — Иди сюда.

Помогаю ей сесть.

— Все нормально, — шепчу. — Что ты трясешься вся? Прекращай.

Сажусь сам. Опускаю забрало своего шлема. Подтягиваю ее руки уверенней к себе на грудь, сжимая кисти и прижимая к себе ладони. Мое сердце успокаивается под ее ладошкой.

Самое сложное сейчас случилось. Встреча лицом к лицу и она осталась со мной. Или я ошибаюсь, и самое сложное еще впереди?

Не знаю.

— Крепче держись. Это будет приятно…

И газуя, плавно трогаюсь, выезжая за ворота.

В отделении загса пожилая женщина раздраженно смотрит на Ясю, подавая ей еще один бланк.

— Я плохо пишу по-русски, — извиняясь смотрит на меня.

Забираю бланк.

— Я напишу все сам, ты подпишешь.

— Так не положено, — хмурится сотрудница.

— Тогда будем часа три переводить ваши бланки, пока она не напишет.

Мне не нравится эта женщина. Почувствовав неуверенность Яси, она психологически давит на нее своими недовольными вздохами и кривится. Но и рычать в полную силу мне не хочется, так как нужно чтобы нам подвинули сроки регистрации.

Сжимаю кисть Яси. И она не дергается от меня больше.

Быстро заполняю бланки. Яся неуверенно крутит ручку, пытаясь прочитать написанное, но вздыхая, обреченно ставит свою роспись и отодвигает от себя бланк.

Я чувствую ее тревогу.

Сотрудница называет несколько дат.

— У нас не будет торжества. Нам нужно максимально близкую дату, которую возможно. Мы приедем, просто подпишем и заберем документы.

— Через месяц.

— Нужно ускорить.

— Это не ко мне.

Вкладываю купюру между наших бланков. Даты там я не ставил.

— Нам нужно быстрее.

— Уезжаете? — приподнимает она очки.

— Да!

— Куда уезжаем?.. — испуганно шепчет мне Яся, пока сотрудница ищет новые даты.

— Тсс… — подмигиваю ей я.

— Через восемь дней есть окно.

— Отлично!

Вывожу ее на улицу к моему мустангу.

Держу за руку. В другой руке два шлема.

— Леша…

— Что?

— Это все?..

— А?

— По законам вашим я жена?

Открываю рот, чтобы объяснить. И закрываю. Вдыхаю поглубже…

— Да.

Нет, я никак не хочу этим пользоваться! Я просто очень хочу, чтобы она расслабилась рядом со мной. И перестала бояться, что ее заберет Джан. Мне кажется, от своей тревоги и неопределенности у нее скоро нервный срыв случится, а я не хочу этого.

— А… ммм… религия?

— Что — религия?

— Ты хри-сти-анин?

— Да.

— Я мусульманка. Надо… ммм… отказаться? — хмурится, ища слова. — У нас — никях. Здесь как? Религия. Ритуал. Не могу объяснить.

— Никях — религиозный брак?

— Да.

— У христиан — венчание. Муж и жена перед Богом. Но это не обязательно. И религию тебе не обязательно менять. Важно — вот это, — киваю на загс. — Тогда законы будут на нашей стороне.

— У нас никях выше бумаг, закон… как это?… слабее семьи.

— У нас выше бумаги. Закон сильнее семьи. Ты гражданка России. Здесь нужно жить по нашим законам. И ты моя жена теперь, — сглатываю я ком в горле, в первый раз по-настоящему осознавая этот факт.

Жена!!!

— А Джан как?

— Он никто тебе, ты никто ему. Никаких прав нет у него на тебя!

— Муж… — растерянно смотрит на меня.

Даже кольца не купил! — доходит до меня. — Но ведь до заключения брака еще восемь дней и я собирался успеть сделать это.

Глажу ее пальчик.

— Кольца нужно купить. Но я сделаю это немного позже, хорошо? Когда мы поедем забирать документы, подтверждающие наш брак.

Не хочу покупать сейчас. Я помню ее массивные дорогие кольца. Денег на такие у меня пока нет. Нет, они есть… Но вклад под проценты заморожен до конца лета. Мне хочется подарить ей что-то не менее ценное, чем она привыкла носить на своих пальчиках.