Предопределение: Параллели жизни (СИ) - "Sonnenanbeterin" - Страница 264

Лукас чувствовал, что весь привычный ему мир в очередной раз рухнул. В мыслях появилась обычная на первый взгляд картина. Но вот на второй… Что если бы они могли устроить семейный ужин. Ситуация показалась предельно абсурдной. Смогли бы они вообще различить своих родителей? Лукасу подобные размышления казались чистым бредом, но он ничего не мог с собой поделать.

Теперь он понимал, почему она показалась ему такой похожей. Лукас смотрел в серые глаза Евы, а видел в них её мать — Анну, являвшуюся зеркальным отражением его собственной. Он ни раз ловил себя на мысли, что видит в Еве родственную душу. Но Лукас никогда не думал, насколько пугающе близко он окажется к истине. Непонятно, что делать дальше. Как он мог снова поцеловать её, зная об их странном родстве. В первый момент хотелось прогнать её, чтобы больше никогда не видеть. В то же время, Ева хранила эту тайну и оставалась рядом. Может и правда он чего-то не понимает, давая волю эмоциям?

***

Прощание было недолгим. К этому моменту Пейдж уже поговорила с Лукасом. Она сказала сыну, что он должен будет поехать с Марком. Кэтрин солгала. Лукас был уверен, что это ненадолго, и скоро он вернётся домой. Мальчик почти не плакал, только лишь поначалу. Пейдж смогла объяснить сыну, что так надо. Он поверил в то, что родители будут заняты. Лукас не побоялся Марка. Похоже, у Конте имелся опыт общения с детьми, о котором она даже не догадывалась, а возможно, дело в сестре, но в любом случае, Пейдж была рада, что всё получилось несколько проще, чем она представляла.

Кэтрин в последний раз обняла сына, в этот момент она едва сдерживала слёзы. Она сохраняла улыбку до самого конца, пока Марк не посадил мальчика на лошадь впереди себя, и они не отправились в долгий и крайне опасный путь. Пейдж взяла обещание с Конте, что тот пошлёт весточку, когда они доберутся до Остина.

Монро до последнего считал эту идею безрассудной, но когда один из солдат сообщил, что граница Бриамонта нарушена, а защита пробита, Себастьян понял, что Пейдж делает всё верно, словно она знала наперёд что будет. Или же это он оставался в плену собственных надежд и иллюзий, не желая замечать того, что происходит совсем рядом.

Когда всё закончилось, Монро сказал, что хочет поговорить с ней. Пейдж хорошо знала его и чувствовала в голосе нечто странное, но не придала этому значения. Кэтрин понимала, что им обоим сейчас невыносимо тяжело. И кажется только смерть сможет унять боль в душе.

По пути Монро не проронил ни слова. Он был слишком серьёзен и сосредоточен. Когда они оказались в спальне Себастьян закрыл дверь.

— Что происходит? — на её лице появилась напряжённая улыбка.

Пейдж подумала, что Монро догадался и всё понял. Может быть он уже знал, что между ней и Марком связь куда более серьёзная, чем просто знакомые. В какой-то момент она напрягалась, почуяв неладное, но Себастьян хранил молчание. Но так продолжалось лишь до того момента, пока он не достал пистолет. Она уже сомневалась, что перед ней сейчас стоит тот же самый человек, который вчера лежал рядом на кровати. Монро сильно изменился в лице. Она не могла различия ни одной эмоции, словно Себастьян и вовсе лишился возможности что-то чувствовать.

— Сейчас же бери коня и уезжай из Бриамонта. Я не стану больше просить. Либо ты уедешь, либо я выстрелю, — в его руках не было и намёка на дрожь, Монро прекрасно осознавал, что делал. — Я знаю, на что способен Вигеланд. И меньше всего мне хотелось бы видеть твою смерть именно такой.

Пейдж не знала, блефует он или же нет. Вид у Монро был достаточно серьёзным. И это её шанс. Она могла бы согласиться, чтобы в самое ближайшее время воссоединиться с Марком. Но как бы Кэтрин не хотелось, поиграть с судьбой, обратив прошлое в настоящее, она понимала, что Марк — её прошлое, а настоящее решилось на отчаянный шаг. Кажется, лишь сейчас этот мужчина показал себя с той стороны, которую тщательно скрывал. Или же напротив, Монро натянул на своё лицо эту маску. Она, противясь страху, сделала несколько неспешных шагов в его сторону.

— Стреляй. Я никуда не уеду. Смирись, Себастьян. У тебя никогда не было таких сил, чтобы управлять мной, — услышав её ответ, Монро заколебался. Разумеется, в его помыслах не таилось желание убить, лишь прогнать от себя и от опасности. Выдержав недолгую паузу, обдумывая свои слова, Пейдж продолжила: — Можешь убить сейчас, а можешь оставит мне то недолгое время, что уже определено судьбой. Тебе будет легче, если я скажу, что сама это сделаю в критический момент? А пока ты должен бросить все эти мысли и беречь каждый миг жизни. Часы тикают, Себастьян. И нам их не остановить.

Монро с самого начала думал, что замысел обречён на провал. Он опустил пистолет.

— Ты не понимаешь…

— Понимаю, — тихо ответила Пейдж.

Он посмотрел на неё и невольно вспомнил тот день, когда Пейдж намеревалась его убить. Она не сбежала тогда и не собиралась делать этого сейчас. Кэтрин неспешно подошла к нему настолько близко, что смогла забрать пистолет. Монро позволил ей это сделать. Пейдж положила оружие на стол. Там оно и останется до того момента, пока не понадобиться по-настоящему, когда огни войны начнут нестерпимо обжигать.

Пейдж подошла к окну, чтобы посмотреть вслед тем, кто совсем недавно покинул резиденцию. И чем меньше становился всадник, удаляясь в сторону горизонта, тем сильнее становилась надежда, что с Лукасом всё будет в порядке. Именно эта надежда давала силы, чтобы вновь смотреть на разрушение мира, на этот и в последний раз.

***

Звонок в дверь нарушил тишину в доме. Сама Анна вернулась лишь несколько минут назад. На вечер у неё уже были планы. Но кто-то решил их нарушить, явившись без приглашения. Льюис подошла к двери и открыла её. По ту сторону стоял Александр.

— Что-то… случилось? Ты неважно выглядишь, — сказала она с явным беспокойством в голосе.

Казалось, Александр выглядел так, словно провёл несколько лет вне Либрии, хотя в действительности они виделись лишь вчера. Его одежда была слишком старой, а на лице отросла многодневная щетина. Анна уже успела подумать о худшем, и Александр поспешил подтвердить её подозрения своими словами.

— Много чего. Но сейчас немного не об этом. — Льюис напряглась и сложила руки на груди. — Это связано с тем, что ты сегодня сделала. Вернее попыталась.

— О чём ты? — она знала, что ждёт за то, что помогла Еве в путешествии. И намеревалась до последнего хранить это событие в тайне ото всех.

— О твоей дочери.

— С ней всё в порядке, мы виделись утром.

— В самом деле? Не ври мне, Анна. Для блага собственной дочери, — в его словах почти не было эмоций, Александр говорил строго и сдержано, но именно это и насторожило Анну больше всего. Она хорошо знала Ричарда и его иногена. Перед ней явно стоял не тот Александр, не из привычного ей мира. — Она оказалась совсем не там, где ты думаешь.

— Что? Не может этого быть!

— Скажем так, она создала один парадокс, сама не понимая этого, и застряла в одной из реальностей, ею же созданной.

— Но как?

Александр задумался:

— Не думаю, что сейчас лучшее время, чтобы доставать учебники по физике и истории. Хотя многие из тех законов ещё не обнаружены и не описаны в этом времени.

— Откуда ты?

— Из будущего, Анна. И сейчас Дэвид наверняка уже заметил моё вторжение в прошлое и перемещение Евы в новую реальность. К сожалению, не только он…

— Надо вернуть её! — Льюис направилась в сторону выхода, но Александр остановил её.

— Нет, Дэвид тут ничем не поможет. И Джош тоже. Определённая цепь событий уже запущена. Если ты сейчас всё расскажешь ему, то в самом скором будущем лишишься всего этого.

— Ты меня шантажируешь?! — Анна не верила тому, что слышала.

— Если бы я хотел тебя шантажировать, то не выложил бы половину карт на стол. Ты знаешь, кто создал Еву. Она дорога мне не меньше, чем тебе. Я просто хочу помочь ей не стать жертвой в том, что скоро начнётся. Я хочу изменить прошлое. Если точнее, вернуть всё на свои места.