Война академий. Приручить ведьму Хаоса (СИ) - Терешкова Анна - Страница 84

А моя рана затягивалась слишком медленно. Ситуация казалась хуже некуда. Я и подняться не успела, как Урийн метнулась в сторону Арэйда, когда фамильяр мощным выбросом сорвал цепи, освободившись от оков. Быстрый пас руки демоницы и когтистая рука Урийн вспыхнула черных огнем, вливая в фамильяра свою силу. Секунда и они яростно атакуют Альтрэду, но та, казалось, отмахивалась от их мощных атак как от надоедливых мошек.

— Подожди, и твоя очередь придет, — ухватив фамильяра за горло, прошипела ведьма, со всей силы отшвырнув Арэйда в дерево.

Даже среди этого шума я услышала хруст. Арэйд повалился на землю, но тут же слегка приподнялся, устремил на меня полный ярости взгляд.

«Найриш, — позвал Арэйд, — Я возьму ее на себя, а ты пронзи ее сердце, приказал он».

«Нет. Она убьет тебя! — отрезала я».

«Мы все трупы, если не убить ее, Найриш. Кому-то придется пожертвовать собой, и я не против быть этим кем-то, — с насмешкой в голосе и кровожадным предвкушением ответил фамильяр».

«Нужен другой план!».

«Най, позволь мне в этот раз защитить свою хозяйку».

Что бы я ни сказала, Арэйд уже все решил. И решимость его была нерушимой.

«Не подставляйся под удар. Я вылечу тебя, понял?!».

«Понял, — хмыкнул Арэйд».

Небо прогремело рокотом нового грома, кровавые молнии прорезали облака. Багровые лепестки, поднятые ветром, создали целый вихрь, мешая видеть полную картину. В тот момент, когда Альтрэда начала менять душу Лариен, ударил Арэйд. Выставив руки, глубоко вздохнула, прислушиваясь к потому магии. Второй источник отозвался гораздо быстрее, чем раньше.

Черное пламя, окутавшее Альтрэду, окутало и меня, потянувшись, я, так же как и она, замкнула потоки, удерживающие Лариен, освобождая ее от цепей.

— Ты права Альтрэда, твоя магия сильнее моей и больше, но мне и не нужно много силы. Я просто воспользуюсь твоей. Ты совершила огромную ошибку, дав мне ту горстку магического дара, — гневно закричала я, разорвав цепи.

— Не смей! — от громогласного голоса ведьмы даже пожиратели попятились назад.

Но было поздно, Лариен освободилась, а меня со всей силы сбило с ног силовой волной. Больно приложившись об дерево, так, что легкие пронзило болью, я рухнула на землю. Латьен из последних сил сражался с набросившимися на него пожирателями, стоило барьеру исчезнуть. Айка и Харп пробивались сквозь целую тучу низших демонов.

Урийн и Арэйд снова набросились на Альтрэду, а я, собрав последние силы, вынула кинжал, метнувшись к древу.

— НЕТ! — взревела ведьма Хаоса, насквозь пронзив грудь Арэйда рукой, стоило мне вонзить кинжал в бьющееся сердце Альтрэды.

Огненная волна с силой вырвалась из древа, потом вторая и третья. Словно огненный ветер сжигал и снимал с меня и Латьена незримые цепи проклятия. Ощутила я, ощутил и он — мы свободны!

С округлившимися от ужаса глазами увидела, как ведьма отшвырнула от себя тело фамильяра, в мгновение ока, оказавшись рядом со мной. В груди ощутилось жгучее покалывание и разъедающая боль от пылающего пламенем кинжала.

— Ты сгинешь вместе со мной, — прорычала ведьма, отступая пошатываясь.

С губ Альтрэды срывался жестокий, издевательский и безумный смех.

— Найриш! — в ужасе закричал Латьен.

Потянувшись к кинжалу, с криком вытащила его из собственного сердца, чувствуя, как пламя внутри окутало рану словно вода.

Боль. Боль была ужасающей, словно по телу проводили раскаленным металлом. Слезы против воли бежали по щекам. В тот момент, когда ведьма бросилась в мою сторону, я успела проститься с жизнью, увидев обычный кинжал, но в последнее мгновение она влила в него магию, пытаясь заставить меня ощутить перед смертью эту разъедающую боль. Показать, что она и проиграв одержала победу.

— Нет, Альтрэда, ты сгинешь в полном одиночестве, — усмехнулась я, во взгляде ведьмы появилось недоумение. — Какая ирония судьбы, не правда ли, могущественная ведьма Хаоса, королева тьмы, пала от кинжала, в котором не было и капли магии, пала от руки ведьмы, заполучавшей твою силу, — ядовито выплюнула я, с силой повернув кинжал. — За нарушение закона равновесия тебя ждет уничтожение без возможности перерождения, Альтрэда. За те тысячи погубленных жизней, что ты забрала, вливая их ауру в тело короля Равиля, ты предстанешь перед богами, прежде чем они обрекут твою душу на вечные скитания во тьме и холоде, — с ненавистью произнесла я.

Сердце Альтрэды начало чернеть, древо жизни вянуть, цветы опадали гнилыми бутонами. А я убрала слабый щит, которым закрывала исцеляющее меня золотое пламя. В той книге, «позаимствованной» мной в библиотеке, говорилось, что существом, которого я призвала, управляли древние ведьмы Хаоса. За эти несколько часов, перебирая в голове всех возможных магических древних созданий, мне на ум пришло только одно.

— Пламя феникса? — ужаснулась ведьма Хаоса, подтверждая мои подозрения.

— Верно, — ответила я, наблюдая, как тело Альтрэды с каждой секундой старилось. — Все кончено, Альтрэда.

Я призвала не дракона, а феникса. Существа, которые обитают среди светлых богов. Только фениксы могут перерождаться из пепла, исцелять смертельные раны, нанесенные магией. Во мне была магия ведьмы Хаоса, но тогда я не почувствовала силу феникса, потому что не была ранена.

Альтрэда и король Равиль, чье тело она сохраняла живым, рассыпались черной золой, унесенной ветром в глубины мертвого леса лабиринтов. Подчиненный ею лес станет могилами для них обоих, а души предстанут перед богами.

— Арэйд! — спохватилась я, медленно опустившись рядом с фамильяром. — Сейчас… я залечу рану, — дрожащими руками потянулась к груди Арэйда, отгоняя жуткие мысли прочь.

— Най, — остановил мои руки фамильяр. — Феникс не может исцелить того, кто им не обладает. Если вольешь в меня магию, не сможешь удержать его силу, твоя рана не исцелится.

— Исцелится! — возразила я со слезами на глазах, снова потянулась к фамильяру.

Теперь на мою руку легла не только рука Арэйда, но и появившейся Лариен. Холодное касание полупрозрачных пальцев заставило меня поднять глаза на ведьму. На ее губах играла благодарная улыбка, в глазах стояли слезы.

— Я прожил долгую жизнь, Найриш, — улыбнулся фамильяр.

— Позволь ему уйти вместе со мной, — с мольбой в голосе попросила Лариен. — Вельвлэйс достаточно служил людям. Ему пора отдохнуть.

— Най, — прикоснувшись к моей щеке, тихо позвал Арэйд. — Ты и Лариен были единственными, кто не воспринимал меня как оружие. Я благодарен за равенство, которое ты показала мне.

— Как королева империи Роуш я позабочусь о том, чтобы вашу историю переписали и запомнили как следует, — всхлипнула я, старательно сдерживая срывающийся плачь.

— Королева Найриш, — хмыкнул Арэйд. — Звучит… я был фамильяром двух королевских особ.

— Мне так жаль, — сквозь слезы выдавила я.

— Тебе не о чем жалеть Най, я наконец-то стану свободным, — с последним вздохом выговорил Арэйд.

Последовало еще несколько приглушенных ударов и сердце фамильяра остановилось. Связь хозяина и слуги между нами оборвалась.

— Арэйд! — срывающимся голосом позвала я, слезы с новой силой побежали по щекам.

— Не переживай, я позабочусь о нашем фамильяре, — улыбнулась Лариен потянувшись к груди Арэйда, а в следующую секунду в ее руках появился маленький призрачный котенок. — Нет таких слов, которыми я бы могла выразить тебе свою благодарность. Я буду помнить до скончания времен о той, кто спас мою душу и душу Равиля. Прощай, Найриш, — улыбнулась Лариен, прижав к себе Арэйда.

Две души исчезли россыпью сверкающих искр, подхваченные ветром и унесенные вверх к небесам.

Демоны, оставшиеся в лесу, исчезли, вдалеке слышались победные крики солдат. А мы еще несколько минут стояли, наблюдая за исчезающими отблесками душ…

…Два месяца спустя. Официальное начало битвы академий.

Народ империи Роуш занимал места на трибунах круглой арены, возбужденно выкрикивая имена полюбившихся игроков. Магические купола и щиты, окружавшие поле битвы, пылали установленными пиктограммами рун. Осталось лишь две команды. Представители от академии Эарлэйт, пять игроков: капитан Ричер Этлуин, зам капитана Соран Дальс, Айкама Гиста, Харп Трегор, и я, Найриш Истэл Роуш. Посвящающие свой бой Лэрану Тэмэису, Дэму Санвасу и другим адептам, погибшим во время нападения Крайба.