Южная роза (СИ) - Зелинская Ляна - Страница 104

Она схватилась руками за край прилавка, и глядя на Форстера в упор, произнесла, будто отрубая слова:

-Уходите. Пожалуйста. Очень вас прошу. Если в вас есть хоть капля жалости...

-И что же, по-твоему, я хотел сделать, Элья? - спросил он, прищурившись, и пропустив её последние слова.

Она не могла совладать с чувствами. Ярость и злость на него за то, что вот он снова пришёл и разрушил ту тонкую и хрупкую пластинку льда, что едва-едва начала покрывать её больную душу, заставили её говорить правду, не взирая уже

ни на какие приличия.

-Вы были помолвлены! Вы знали, что женитесь на Паоле! Но вы... вы всё равно затащили меня в Волхард! Вы солгали! Вы лгали мне снова и снова! Выставили меня посмешищем! Вы разрушили мою репутацию! И мою жизнь! Вы соблазняли меня! Вы заставили меня вас полюбить... И вы... Вы всё это время хотели, чтобы я

стала вашей... любовницей? Да? Неужели вы думали, что я пойду на это? Как же это низко! И подло! Я ненавижу вас. мессир Форстер! Ненавижу! Ненавижу...слышите?

Она кричала на него, M хотела, и правда, очень хотела его ненавидеть, ведь ненависть способна выжечь из души любовь и занять её место. Вот только ненавидеть не получалось... На глаза навернулись слёзы, и она, всплеснув руками, опустила голову.

-Если ты ненавидишь меня, то зачем спасала? Зачем? - воскликнул он. - Элья!

Форстер откинул прилавок и шагнул к ней.

-Что вы делаете! - она поспешно отступила в сторону, испугавшись его порыва, и схватив со стола нож для цветов, выставила его вперёд. - He подходите! Не подходите! Прошу вас!

Но он не остановился, приблизился, загнав её в угол между стеной и прилавком, и нож упёрся ему в грудь, почти войдя остриём в пёструю ткань жилета.

-Думаешь‚ мне будет больно? - спросил он, глядя Габриэль в глаза, и добавил горько. - Да разве это боль? Ты уехала... ты бросила меня, Элья! Я чуть с ума не сошёл, думая, что ты где-то далеко в Таржене...

Его голос стал тихим и бархатным, и он смотрел на неё... смотрел так, что она поняла, чем сейчас всё это закончится, горько осознавая свою полную беспомощность перед ним.

-...а ты всё это время была здесь... Элья! Элья! - он покачал головой. - Можешь убить меня, если хочешь, но я не уйду. И больше тебя не отпущу.

- Вы хотите совсем... совсем погубить мою жизнь? - прошептала она срывающимся голосом.

-Да, милая Элья, - он чуть улыбнулся. - Потому что без тебя это не жизнь. Я не могу дышать без тебя, не могу спать, не могу думать. Ты спасла меня, а потом бросила! Лучше бы меня застрелил этот проклятый Корнелли! Элья! Как же я скучал по тебе….

Он подался вперёд, и провёл ладонью по её щеке, по волосам. Её пальцы разжались сами собой, и нож, выскользнув из рук, упал со звоном на каменный пол.

И в тот же миг он обнял её, прижав к себе так сильно, совсем как тогда в оранжерее, сломав её и без того слабое сопротивление. Его прикосновение обрушило весь мир разом, отодвинув куда-то всю её решимость уехать и ненавидеть Форстера остаток жизни. И вместо того, чтобы его оттолкнуть, она в ответ обхватила его порывисто и крепко, прижавшись к нему, спрятав лицо у него нa груди, вдыхая его запах, и понимая, что нет на свете той силы, что заставит её сейчас разжать руки.

-Элья... Элья... Моя маленькая упрямица... Как же я скучал... Моя радость...

Он шептал, покрывая её волосы лёгкими поцелуями, а у неё в глазах стояли слёзы. И от мысли, что с ним снова придётся расстаться, теперь уже навсегда, ей хотелось

умереть прямо сейчас.

Она не хотела плакать, но разве слёзы спрашивают наше желание? И прежде чем она успела вытереть их, почувствовала, как Форстер целует её мокрое от слёз лицо и снова шепчет её имя, снова шепчет так, что земля уходит из-под ног. И снова его губы касаются её губ, заставляя встать на цыпочки и забыть обо всём. Податься вперёд, обхватывая руками его шею и притягивая к себе, и целовать в ответ, почти задыхаясь... С такой жадностью и страстью, которой она не знала в себе прежде, так словно теперь она не могла дышать без него...

В этот момент Габриэль поняла, что, кажется, готова на всё... даже стать его любовницей, идти за ним на край света, лишь бы быть с ним, лишь бы он её не отпускал...

И в то же время понимала... это всё равно невозможно. За кратким мгновеньем счастья, за взлётом на самую вершину, всегда есть падение в пропасть.

Она отстранилась, снова спрятала лицо у него на груди, вцепившись пальцами в полы его сюртука, и удерживая это хрупкое мгновенье... мгновенье, когда они вместе...

Они стояли так долго, кажется, целую вечность. Она молчала, боясь задать вопрос, на который не хотела знать ответ, а он тоже молчал, только гладил её плечи и прятал лицо в волосах, прижимаясь к ним щекой. Наконец она разжала руки, попыталась отстраниться, и прошептала, не глядя на него, и удерживая рвущиеся наружу слёзы:

-Вы должны уйти.

-Ты спросила, зачем я пришёл? - Форстер разжал руки и отпустил Габриэль. Теперь послушай меня минутку, моя радость.

Он вдруг коснулся пальцами её подбородка, заставляя поднять взгляд.

-Это снова похоже на дежа вю, - он покачал головой, - но у нас с тобой всё повторяется. Я опять пришёл извиниться. Прости меня, Элья! За всё. Прости. Я сделал тебе больно. Я знаю - я дурак!

Он достал из внутреннего кармана сюртука бархатную коробочку, открыл и поставил на край прилавка. Габриэль моргнула несколько раз, смахивая предательские слёзы, и не веря своим глазам - на атласной подкладке лежало кольцо.

-А ещё, я снова пришёл просить твоей руки, - лицо Форстера было серьёзным, как никогда. - Не потому, что этот брак будет выгоден нам обоим, и не потому, что мне нужно в какую-нибудь палату, спасти Волхард или решить финансовые проблемы... А потому, что люблю тебя, Элья. И хочу быть с тобой отныне и вовеки веков, или как там говорится в той самой клятве!

-Но... как же... Паола... И ваша помолвка? - спросила Габриэль удивлённо, и даже слёзы её иссякли внезапно, а на лице появилось какое-то выражение недоверия.

Он и обмануть её может, с него станется!

-Я расторг помолвку.

-Расторгли? Милость божья! - воскликнула она и прищурилась, прижимая ладони к горящим щекам, и вытирая остатки слёз. - Но, ведь герцог Таливерда... и закон об экспроприации... вы же.. они же отберут у вас Волхард!

-Элья! Задери меня медведь! Я прошу твоей руки, а ты говоришь про закон? - спросил Форстер раздражённо.

Oн вытащил кольцо из коробочки, и отшвырнув её, поймал Габриэль за руку и надел кольцо на палец со словами, в которых смешались радость и горечь:

-Только попробуй снова мне отказать!

-И вы молчали! - выдохнула она, злясь на него.

Ну что вот, что он за человек!

-Я… не верю вам... C вас станется снова меня обмануть! Или вы мне сейчас всё расскажете и поклянётесь, что никогда... никогда больше не солжёте мне! - воскликнула она, снимая кольцо и удерживая его двумя пальцами. - Или...

- забирайте ваше кольцо и катитесь к дьяволу? - рассмеялся Форстер.

И она не выдержала, тоже улыбнулась ему измученно, понимая, что поверит сейчас в любую его ложь, потому что больше всего на свете хочет верить именно в это!

-Ладно! Ладно, маленькая упрямица, - он улыбнулся ей широкой тёплой улыбкой, прости меня. Прости за то, что я был таким болваном на свадьбе Таливерда, за то, что притащил тебя в Волхард. За то, что добивался тебя как ненормальный. А главное, прости меня за то, что я совсем-совсем не раскаиваюсь в этом, - он развел руками, - должен бы, но увы... С той минуты, как я поцеловал твои руки на той злосчастной свадьбе, я сам не свой. Я вёл себя как мальчишка, и как дурак, но я просто хотел, чтобы ты влюбилась в меня так же сильно, как я в тебя. Я не сказал о помолвке с Паолой, потому что всё равно собирался её расторгнуть. Но если бы ты узнала об этом… ты бы... убила меня, наверное! Или сбежала, или сделала что-то глупое, стала бы сильнее меня ненавидеть, но уж точно не влюбилась бы в меня. А мне просто нужно было немного времени. Я не мог сказать, потому что никто не должен был знать об этом, иначе мог узнать и герцог. Даже Винс не знал - я искал покупателя, Элья. Я решил продать Волхард до того, как примут закон.