Крысиные гонки (СИ) - Дартс Павел - Страница 271

— … просто не старайся всё сразу сделать быстро; делай медленно и плавно, медленно и плавно. А потом, когда оптимальная суть движений будет отработана, и не будет этих вот паразитных дёрганий, вот тогда постепенно и ускоряться будешь. А пока у тебя какие-то сплошные трепыхания.

Женька слушал насупившись; потом сунул пистолет за пояс; не пистолет, вернее, пластмассовый китайский макет-игрушку; прикрыл курткой; и вновь попытался резко его выхватить — пока получалось коряво.

Вообще-то Владимир пока задействовал ребят только на сопровождение грузов — посидеть рядом с водилой, доставляющим товар с базы или отвозящего покупателю. Вместо экспедиторов, что ли. Водители недоумевали, и, собственно, были недовольны, — при нагловатых мальчишках, от которых так и веяло опасностью, было невозможно левачить на хозяйском бензине, — собственно, на это Владимир и рассчитывал. Да ещё «охранять бабок», как они выражались, — он взял под контроль местный ближайший стихийный рыночек.

Вчерашняя же «работа» была не особенно сложной, но более интересной: напугать некого субъекта. Вздумавшему было наезжать конкуренту, владельцу «Оршанского Рассвета», выбили стекло половинкой кирпича, благо он жил невысоко; а когда он, осатанелый и вооружённый, вылетел на улицу на пару с охранником, у подъезда под ногами у него сработала растяжка, установленная на взрывпакет. Конкурент получил незабываемые ощущения, а попрятавшиеся пацаны — десять минут здорового ржача. Когда всё успокоилось, ушли, позвонив ему в дверь и оставив под его дверями старый брусок почти чёрного окаменевшего хозяйственного мыла, с торчащим из него дымящимся обрывком ботиночного шнурка, долженствующий изображать «дымящуюся тротиловую шашку», как это представляли себе мальчишки; и листком под ней, на котором коряво Шалый-Вампир написал «Палажи в пачтовый ящик триста талиров, ато смерть!» — и прерисовал череп и свечу.

Посмеялись, пока Женька рассказывал; но насчёт записки Владимир не одобрил:

— Джонни, не надо было устраивать клоунаду. А так он сразу поймёт, что какая-то пацанва балуется; бандиты, знаешь ли, так не наезжают!

— Да ладно!.. — Женька ещё всхлипывал от смеха, вспоминая, как от гулкого хлопка взрывпакета пузатый коммерс с охранником шарахнулись в стороны и попадали, закрывая руками головы, — А то ты знаешь, как бандиты-то наезжают…

— Представляю уж.

— … он теперь уж будет знать, что им тоже интересуются; а кто, да зачем — дело десятое. Пусть пока ходит и оглядывается. А ещё у тебя такие хлопушки есть?

— Петарды есть, «на рывок»; а взрывпакет ты и сам сделать, наверное, сможешь, дело нехитрое… но не надо пока. Шалый, да и вы все, надеюсь, не пойдёте проверять, положил ли он в ящик деньги??

— Нет, конечно. За кого ты нас принимаешь? Хотя — а вдруг положит?? Вот хохма была б!..

— Не рассчитывайте… Ещё, Джонни. Вот смотри — если ты пистолет выхватываешь, а противник почти вплотную — то первое что ты должен сделать — это левой рукой оттолкнуть его; вернее — толчком его отстранить, и самому отстраниться, — а правой достаёшь ствол. Иначе ствол достать не успеешь, а в табло выхватишь; и скорее всего будет свалка. Можно и на нож нарваться. Вот, пробуй. — он продемонстрировал, — Одной рукой отстраняешь как бы противника, одновременно поворачиваясь к нему боком; другой — достаёшь ствол.

Женька старательно повторил.

— Парням покажи вечером, поотрабатывайте в парах. Это полезно — то, что ствол с собой ещё никакая не гарантия, надо его ещё успеть достать, что вплотную с противником, да впопыхах, не так и просто… Кстати! Не щемят вас ещё?.. Ну, как я говорил — не спрашивают родителей, чем сыновья занимаются? Ну, всякие приходящие дяди в штатском?

— Нет… да мы дома редко… Хотя ты прав, да; Лёньки друган говорил, что его обшмонали менты; прям на улице, ни с того ни с сего. Ищут! Я братве запретил напостоянку стволы таскать пока что. Пока не уляжется.

— А ты думал. Правильно. Кстати, откуда у вас такие помпезные стволы-то? Это прямо не стволы, а загляденье! А?

— Хы! — теперь Женька уже покровительственно кивнул, бросил на стол пластмассовый пистолет, с которым упражнялся; обошёл письменный стол и брякнулся всем худеньким телом в кожаное «директорское» кресло Владимира, которое тот, в память о папином кресле, оставшемся в мувском коттедже, прикупил по случаю и за бесценок, — Да уж не твой Форт угрёбищный! Уметь надо, Американец!

Ага, это они меня между собой так называть стали, — понял Владимир, — Не очень-то… надо будет какую-нибудь другую идею им «на погоняло» подкинуть, а то «американец» не звучит.

— … холодно, мля! У тебя тут ещё ничего — топят што ль?

— Нет, печка на жидком топливе и конвекторы, плюс кухня. Может, скоро свою пекарню откроем ещё, будем сами хлеб печь… Ты не тяни резину-то; колись давай — откуда такие пестики?

Он теперь стоял перед столом, а Женька нарочито нагловато развалился в кресле, перекинул ноги через подлокотник и делал вид что жуёт жвачку, — очевидно, по его представлению так должен бы себя вести «большой босс». Владимир вспомнил себя, — как и он в папином кресле изображал из себя, бывало, крутого; и ему стало смешно. Кроме того, стоя перед столом, он почувствовал себя как нашкодивший школьник в кабинете директора, — были и такие эпизоды в его биографии, и не такие уж редкие, надо признаться.

— Женька! Не ломайся давай! — где стволы взяли?

Женька, поизображав «делового», наконец ответил; впрочем, ему и самому, очевидно видно было, в кайф было вспомнить былое, когда вся его команда обзавелась стволами; да не какими-то, а самыми что ни на есть престижными; тем более что идея-то была его.

Собственно, идея была простой; и Владимир, выслушав его, сам удивился, как не додумался до такой простой вещи; и он ещё раз отдал должное наблюдательности и креативности своего нового юного друга.

Случилось это всё ещё в начале лета, когда «регионы» только ещё затевали отделение от «мувского олигархата»; «Верный Вектор» был ещё мало кому известной организацией, да и не организацией вообще, а так — сборищем идейных хулиганов; милиция ещё работала как полагается; и Областная Дума тоже: «- …видел, такое здание с колоннами на центральной площади? Там сейчас Региональная Администрация размещается; а раньше были эти — депутаты!»

Владимир кивнул, — конечно он знал; там и Виталий Леонидович раньше имел свой кабинет.

- Вот. И они, депутаты эти, собирались постоянно на эти, заседания всякие. А беспредел тогда уже начался, нарваться можно было влёгкую. А они ж депутаты! У них стволы были…

— Ну и?..

— А когда они на заседания приходили — их через металлодетектор пропускали. Ну, рамка такая. — с удовольствием рассказывал Женька, и даже ноги с подлокотника кресла снял, — Чтоб без оружия; боялись, эта, терактов со стороны Мувского начальства. У кого именной — те могли сдавать; но всякие наградные пестики редко у кого были, так… всякими правдами и неправдами доставали. Это потом уже им разрешили, всем. А сначала они незаконно таскали. У них, конечно, возможностей-то было!..

Да уж. Владимир вспомнил арсенал депутата, Виталия Леонидовича, — тот целый ЧОП «приватизировал». Но то Виталий Леонидович; впрочем, и другие депутаты уж по пистолету-то себе где-нибудь да смогли «организовать»; и уж конечно, в первую очередь импортные пистолеты. Для этой братии ведь оружие в первую очередь знак статуса…

— Ну? И что?

— Ну так! — наслаждаясь непонятливостью Владимира, продолжил Женька, — Чтобы не светить стволы, они их в машинах оставляли. На охраняемой стоянке у Думы. Кто-то у своего охранника-шофёра; но тогда ещё не было такой моды — кучу охраны с собой таскать; обычно просто шофёр в машине оставался; а то и — и часто! — сам за рулём приезжал. Ну, депутат. И пестик — в бардачок, чтоб не тащить в здание, и не объясняться с охраной там — чо, стоянка же, типа, «охраняемая»; да возле Думы, — кто будет трясти депутатскую тачку, правда же?? Вот. В чём и идея была…