Свобода Зверя (СИ) - Суббота Светлана - Страница 59

Пришлось бежать практически навстречу бойцам носорога, узкий коридор не всегда давал возможность легко разминуться. Пару раз пришлось прижиматься к стене, чтобы пропустить людей Искандера. Кай рядом со мной ругался вполголоса, сдерживаясь, чтобы не вступить в преждевременное сражение.

Зал мы увидели еще из-за поворота. Яркий переливчатый свет струился из проема, что означало только одно - Искандер приступил к ослаблению третьей руны, запирающей энергию близнецов. Еще немного и будет слишком поздно.

Десяток шагов под стук слишком быстро бьющегося сердца, и мы забегаем в самую огромную каверну грота, театральный зал, уже кардинально преображенный.

Там, где вбили крепления, сейчас на них размещали тяжелые артефактные светильники, пять из них уже оказались включены. Три оборотня, ругаясь между собой, активировали шестой артефакт, нажимая на боковые тумблеры.

Огромные каменные навершия светильников напомнили, где я могла видеть эти приспособления. Это же верхняя часть фонарей с центральных улиц. Фонарные артефакты, будучи защищенными от изменений погоды и выходок горожан, гарантировали сильный стабильный свет. Значит, именно их проносили в сумках через весь парк.

Носорог с двумя охранниками стоял на площадке под импровизированную сцену, переговариваясь с флиртующей с ним... Ирэн. Вампирша восторженно внимала Искандеру, глядя на него снизу-вверх. Тонкая фигурка, подчеркнутая красным атласным корсетом и короткой пышной юбкой, смотрелась трепетно беззащитно рядом с мощными телами оборотней.

Свое рычание я услышала только, когда Кай толкнул меня в бок, а сидящий на ближайшей к нам зрительской лавочке Акула оглянулся и ощерился в ухмылке.

Своими руками когда-то отпустила возможную убийцу своей семьи, а сейчас не могу броситься, чтобы заставить ее рассказать правду. Пришлось закусить губу и затрясти головой. Успокоиться! Немедленно успокоиться! Просто иду за Итаном и делаю свое дело. Шаг. Еще. Хорошо.

Какими бы ни были причины яркого освещения помещения, это придало ему поистине сказочный вид. Множественные сталактиты, спускающиеся с потолка, перемигивались золотыми и голубыми искрами.

А внутри огромного сталагмита (2) в углу сцены, ранее никогда не попадавшего под прямой слепящий свет, проявилась, возникла в призрачном свечении огромная древняя руна. Печать, состоящая из более темной породы. Прекрасная и доселе тайная.

Ирэн поглаживала сталагмит пальцами и жмурилась, что-то отвечая носорогу. Они были удивительно спокойны и собраны, будто находятся на прогулке или свидании, а полиция сейчас не прорывается с боем, сотрясая магическими ударами стены.

Кай по кивку Итана остался позади, а мы все быстрее двигались навстречу своей судьбе.

Когда зал был пройден на треть, крайний левый светильник потух. Есть! Родди с Каем сделали это.

Родерика Торша не смогли остановить ни размеры, ни трудность доступа, ни сложность артефакта. Наследный маг начал свою часть работы по прерыванию ритуала, выключив первый источник освещения.

А за нашей спиной рассмеялся Кай, и кто-то захрипел, падая оземь. Охранники носорога засуетились, закричали, и на нас, наконец, обратили внимание.

(2) Сталагмит - столбы, нарастающие в виде конуса со дна пещер и других подземных полостей.

Глава 33. Кто кусается, того тоже иногда кусают

" The biter is sometimes bit" (поговорка)

Увидев Итана, носорог обвел рукой ухо, и его люди начали вставлять себе в ушные раковины что-то вроде затычек. Интересная защита от голоса примарха, но не верю, что она поможет против действительно сильного крика. Если только не припасенные уникальные артефакты по индивидуальному заказу.

- Стоять! - негромко приказал Искандер.

И я порадовалась подтверждению своих подозрений. Кричать примарх опасался. Блокираторы звука работали только на негромкую речь, а следовательно, оставшийся далеко позади Кай не пострадает. Но и я не могла в этой ситуации использовать сходное оружие голоса.

Огромный Итан продолжал идти вперед, даже не покачнувшись. Я скромно следовала в арьергарде, стратегически не афишируя свое присутствие.

- Стой, ни с места! - уже громче скомандовал носорог. Он с недоумением вглядывался в быстро двигающуюся фигуру. Такие габариты просто не могли принадлежать человеку или вампиру. Альфа за лето раздался так, что отличался шириной плеч и ростом даже среди оборотней и сейчас никак не мог скрыть истинной природы, еще и подчеркнутой свисающими с него, полузастегнутыми старинными доспехами.

Момент, когда Итан вышел на свет и его узнали, я определила точно. Носорог вздрогнул и заревел. Несмотря на досаду на его лице, приветственный крик все равно был торжественным.

Искандер знал, кем является Итан и кого несет. Он хотел заклеймить меня, «любовницу» тигра, и продержать в своем замке недели две, пока полностью не распечатает всю магию близнецов. Ему не хотелось раннего открытия портала, но в то же время он был счастлив приветствовать возможное появление своих хозяев.

Быстрые взмахи рукой. И к тигру с разных сторон бросились быстрые крупные тени, личные телохранители Искандера. Я начала разворачиваться, чтобы прикрыть спину, и прямо передо мной с кинжалом в глазнице рухнул один из оборотней. Уже взрезая лезвиями второго, я увидела, как из зрительного зала бежит Акула, на ходу выпуская как птиц в воздух сверкающие короткие метательные ножи.

- Искандер! - закричал он. - Давно хотел тебе наподдать, не правда ли отличное место, где твоей туше не развернуться! Хочешь поиграть, кожаный?

Примарх, сейчас находящийся вне моего поля зрения, закричал нечто нечленораздельное. Он пока недооценивал наемника, как когда-то все мы.

Вокруг кричали, хрипели, стонали. А я - просто защищала спину мужа. Звуки означали, что мы живем, дышим, сражаемся за свою свободу. Отвлекаем внимание на себя, пока Родди и Кай делают основную работу, пока полицейские пытаются прорвать оборону входа.

Светильники то гасли, то опять зажигались. Я шинковала последнего со своей стороны охранника, когда за моей спиной вдруг стихли жизненно необходимые мне звуки, звуки движения Итана.

Стряхивая капли крови с лезвий, оборачиваясь, я уже подсознательно подозревала худшее. И не ошиблась. Закричала от раздирающей боли в сердце.

Рядом с Итаном, наступив ногами на поверженное, раскромсанное ударом трансформированной тигриной лапы тело охранника, стояла Ирэн. Согнувшись, практически опираясь на свои длинные белесые руки. В полной боевой вампирской ипостаси, с висящими жирными космами волос, покрытым ожоговыми струпьями лицом монстра из страшных сказок.

А мой муж застыл, опутанный белесой полупрозрачной паутиной. Хмурый, напряженный, с сжатыми губами, которые умели заливисто смеяться и сладко целовать.

Вампирша парализовала моего любимого, между руной и порталом выбрав более сладкую живую силу.

Это все уже было. Я так же стояла и смотрела. На согнувшегося монстра, на белую паутину и замершего в ней мужчину. Когда-то очень давно, за пеленой памяти, за щитами лет. Все было.

Время двигалось медленно-медленно. Чудовище поймало высокого, мощного телосложения мужчину. Хотя... Нет. Он же был каким-то другим. Пониже, худее. И волосы, пожалуй, не золотистые, а скорее рыжеватые. Родной. Я его очень люблю.

Он часто качает меня на колене, все выше и выше, так, что можно взлететь, раскинув руки. Он рассказывает мне странные, завораживающе смешные истории и называет «рукавичкой», потому что я при любой возможности стараюсь залезть к нему на руки. А еще я люблю играть с его пальцами и множеством занимательных колец, позвякивающих при касании друг с другом.

Сейчас ему плохо. Он кричит внутри черной паутины.

До этого он сдерживался, чтобы не напугать меня, но сейчас не выдержал. Ему делает больно ужасное белесое чудовище с длинными ветвистыми пальцами и скрытым волосами лицом. Мне хочется выйти и больно его ударить, но нельзя, дедушка запретил двигаться и издавать звуки. Остается только одно, смотреть в щель старого потрескавшегося сундука.