Выбери любимый жанр

Пятое и двадцатое - Скаландис Ант - Страница 1


Изменить размер шрифта:

1

Ант Скаландис

Пятое и двадцатое

В понедельник пятого января Егор Иваныч пришел на работу, как обычно, минут на пятнадцать раньше всех. Нельзя сказать, чтобы таким образом он пытался повлиять на дисциплину своих сотрудников и нельзя сказать, чтобы работу свою Егор Иваныч очень любил (любить ее, скажем прямо, было не за что) – просто он всегда старался подчеркнуть свою невероятную загруженность. И не без успеха: в течение всего дня оба телефона трещали не переставая, посетители шли сплошным потоком, стол обрастал бумагами, время летело быстро, незаметно подступал вечер, и Егор Иваныч уходил домой последним, как капитан с корабля.

Нет, не любил Егор Иваныч работу. Но он любил деньги, которые за эту работу платили, и то, что можно было купить за деньги. Но все-таки сами деньги Егор Иваныч любил больше. Поэтому, должно быть, он и жил один, и даже машины у него не было.

Итак, был понедельник, день, как известно, тяжелый, однако на этот раз тяжесть его заметно скрашивалась ожиданием получки, призывно маячившей сквозь пелену дел. А дел навалилось больше обычного. Звонили из разных мест, назначали встречи, почему-то либо на среду, либо на сегодня, никто не хотел увидеться с ним во вторник, что представлялось странным, но думать об этом было некогда, а на перекидном календаре не оказалось листа с четвертым и пятым числами, и пришлось все сегодняшние дела писать на лист шестого января, на тот самый никому не нужный вторник.

В обед Егор Иваныч позвал расчетчицу Катю и спросил:

– Ну-с, когда денежки будем получать, Катюша?

– Какие денежки, Егор Иваныч? – удивилась Катя. – Зарплата же вчера была.

– То есть как «вчера»?! – Егор Иваныч буквально оторопел.

– Ну, вчера же было пятое. Все и получили вчера.

– А я? – глупо спросил Егор Иваныч.

– И вы получали. Помните, вы еще пошутили: «Ой, как много! Уж не чужие ли вы мне деньги даете?» А я вам объяснила, что это премия.

– Да-да, – сказал Егор Иванович, хотя абсолютно ничего не помнил, – извините. Совсем заработался.

Все это было очень мало похоже на розыгрыш, но он все-таки поговорил еще с двумя-тремя сотрудниками и убедился, что сегодня действительно шестое января, вторник. И тогда сразу и очень сильно заболела голова. Сказав, что едет в главк, он ушел домой.

А дома стало хуже. Вызвал врача. Оказалось, давление. Врач даже предлагал в больницу, но Егор Иваныч отказался.

Всю неделю, пока был дома, мучили его два вопроса: рассказать ли врачу про свою странную забывчивость и – куда он девал полученные в зарплату деньги. Ведь дома их не оказалось, и это тревожило. Впрочем, Егор Иваныч нередко прямо в день получки всю зарплату клал на сберкнижку. Оставалось надеяться, что так оно и было в этот раз. А с врачом он все-таки поделился своими бедами. И врач успокоил: неприятный, конечно, случай, но вполне объяснимый – частичная амнезия на почве переутомления. Рекомендовал пойти в отпуск.

В отпуск Егор Иваныч не пошел – не время было отдыхать, дел невпроворот. Однако, изучая накопившееся за неделю отсутствия, он с удивлением обнаружил, что самые главные вопросы решены, Кто же это постарался? Он начал осторожно выяснять, и получилось, что все, абсолютно все было сделано им в тот самый понедельник, о котором он ровным счетом ничего не помнил. «Странная болезнь», – подумал Егор Иваныч.

А однажды утром за завтраком, когда он, дожевывая бутерброд с осетриной, рассеянно разглядывал шикарный календарь с натюрмортом, привезенный из Франции, взгляд его вдруг зацепился за одну мелочь. «Во, французы, – подумал Егор Иваныч, – тоже халтурить начали, вроде нас. Цифра не пропечатана.» В марте месяце на календаре не было пятого числа. Потом Егор Иваныч скользнул глазами вправо, влево… и обмер.

Пятого числа не было ни в одном месяце.

«Дурацкие же шутки у кого-то!» – сказал он про себя. Но почему-то ему совсем не хотелось думать, кто же это способен так шутить.

На маленьком календаре в бумажнике (как и на всех прочих календарях, кстати) тоже не было пятых чисел, и на работе Егор Иваныч как бы между делом показал его заму.

– Глянь, как делают, сволочи. Кругом брак.

– Какой брак? – не понял тот.

– Ну, смотри, пятерки не пропечатаны.

– Егор Иваныч, тебе, наверно, очки нужны новые. Вот же пятерка, и вот… – зам говорил и тыкал пальцем в пустые места.

Страшно сделалось Егору Иванычу.

А в феврале история в точности повторилась. Заснув четвертого, он проснулся шестого. И на работе все благодарили его за какие-то улаженные проблемы, поздравляли с какими-то успешными договорами, уточняли какие-то данные накануне и очень дельные поручения. В курилке он ненароком подслушал фразу: «Шефа-то нашего словно подменили вчера: всю показуху побоку, сколько дел переделал! Расскажешь кому – не поверят.»

Болезнь – если это была болезнь – представлялась все более странной. И к врачам обращаться не хотелось – хотелось самому во всем разобраться. Тем более, что денег, получаемых в аванс, двадцатого (ставка у Егора Иваныча была высокая – пятьсот рублей), вполне хватало на жизнь.

И в сберкассу он опять не пошел. Почему-то. В марте он понял, почему.

В марте он специально не лег спать вечером четвертого и ровно в полночь наблюдал, как на табло электронных часов цифра «4» сменилась цифрой «6». И тогда он понял, что никакая это не болезнь. Что просто он живет теперь в мире, где для него не существует пятых чисел, потому что пятые числа забрал у него какой-то другой Егор Иваныч, его двойник из иного мира, где как раз наоборот существуют только пятые числа. Это был ужасный бред, о котором никому невозможно было рассказать, но Егор Иваныч знал, что все именно так. И он снова не пошел в сберкассу. Даже в книжку не заглянул. Потому что понял: боится. Боится увидеть: счет закрыт, и рядом – его подпись, поставленная тем, из пятых чисел.

К апрелю Егор Иваныч вполне смирился с отсутствием пятого. К маю начал находить преимущества в своем новом положении. В июне окончательно пришел к выводу, что при такой работе и отпуск ни к чему. Он жил теперь ожиданием двадцатого числа, которое было для него настоящим праздником, а в остальные дни, как и раньше подписывал уйму бумаг, звонил во все концы, принимал вереницы посетителей. Он только перестал нервничать, он знал, что все самое главное будет наверняка сделано без него, пятого числа, и для себя выбирал лишь те дела, которые были попроще, понесерьезней. Разумеется, иногда не удавалось отвертеться от решения важных практических вопросов, но Егор Иваныч совершенствовался в своем мастерстве, и случаев таких становилось все меньше и меньше.

1
Перейти на страницу:
Мир литературы

Жанры

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело