Долг центуриона - Кудрявцев Леонид Викторович - Страница 48

• Предыдущая
• 48/55
• Следующая

А вот это надо прекратить.

Я поставил полупустой стакан на стол и быстро сказал:

– Стоп, стоп. Это не та тема, которую сейчас имеет смысл обсуждать. Я уверен, что Дагай Каач, так же как и любой житель инопланетного района планеты Бриллиантовая, готов оказать любую посильную помощь для поимки преступника.

– Однако, – добавил назарунец, – это не значит, что мы сейчас решимся на самые чрезвычайные меры. Благоденствие и покой находящихся в данный момент на планете гостей и будущих участников большого аукциона для нас неизмеримо выше, чем поимка какого-то преступника. И я этого не скрываю. Поскольку, если они будут нарушены, мы понесем гораздо большие убытки, чем потеря нескольких десятков, пусть даже и уникумов. Договора об ущербе в репутации, как вы знаете, не заключает ни одна страховая фирма. Значит, подобные убытки будут невосполнимы.

– Великолепно, – с некоторой долей сарказма промолвил гиперинспектор. – Кажется, я знаю, чем займусь после того, как уйду на пенсию. Организую компанию по страхованию репутации. Чем не идея?

– Это ваше полное право, – промолвил Дагай Каач. – Однако, как глава совета мыслящих инопланетного района, я обязан вас поставить в известность... Короче, никаких коллективных обысков, облав и прочих подобных мероприятий, до того как закончится большой аукцион, не будет. Мы этого не допустим.

– А какой в них будет смысл после того, как этот большой аукцион закончится? Преступника на планете уже не будет.

– Кстати, – промолвил я. – А что, если устроить засаду возле посадочного бота?

– Уже сделано, – с досадой промолвил Еля Варето. – Только, мне кажется, толку от нее не будет. Мы имеем дело с очень хитрым и ловким противником. Он должен, обязан учитывать, что посадочный бот или висящий на орбите планеты корабль могут быть обнаружены. И значит, он принял какие-то меры для того, чтобы не попасться в возможную засаду возле бота. И окружи его хоть десятью охранниками, он все равно не попадется. Нет, нам противостоит большой профессионал. А настоящего, умного профессионала так просто не поймаешь. Тут надо нечто...

– Что именно? – спросил назарунец.

– Откуда я знаю? – ответил гиперинспектор. – Нечто неожиданное, нечто простое, действенное и в то же время такое... Короче, нам нужно очень хорошо пошевелить мозгами.

– Есть идея, – промолвил я.

– Выкладывай, – приказал гиперинспектор.

– Этот тип, – сказал я. – Как он попал на нашу планету? На частном космолете. Так?

– Да, – подтвердил назарунец.

– Необходимо добыть список всех мыслящих, прилетевших на нашу планету в течение последней недели. Это гиперинспектору сделать нетрудно. Не так ли?

– Так, – кивнул Варето. – В космопорте мне такой список выдадут.

– Он должен быть у них, – сказал я. – И пусть они дадут знать нам, как только какой-нибудь мыслящий, не фигурирующий в этом списке и не являющийся местным жителем, попытается заказать им билет на один из ближайших рейсов.

– Ага, – промолвил Варето. – Это уже неплохо. Однако, мне кажется, наш противник такую возможность вполне может учитывать. Для того чтобы избежать подобной ловушки, ему надо только узнать у одного из в данный момент находящихся на планете мыслящих его имя и потом использовать его при покупке билета. Можно попросить кого-то купить для себя билет. И так далее, и так далее... Но это уже неплохо. Этим надо немедленно заняться... Я буду держать вас в курсе событий. Если придумаете что-то еще...

Залпом допив свой глик, он встал и поспешно покинул ресторанчик.

Мы с назарунцем немного помолчали, а потом обменялись понимающими взглядами.

– Он не отстанет, – промолвил Дагай Каач. – Он поставит весь инопланетный район на уши, а мне это, да и всем остальным, вовсе не нужно.

Вот тут наши позиции не совпадали. Но стоило ли это объяснять назаруицу? К чему?

– Зачем-то ему этот невидимка-преступник нужен, – сказал я, – очень нужен. И знает он о нем несколько больше, чем нам сообщил. По крайней мере, мне так кажется.

– Преступник-невидимка? – переспросил назарунец. – Хм... это ты неплохо его назвал. Так и есть – невидимка. Никто его не видит, никто о нем ничего не знает.

– Кроме гиперинспектора, – гнул свое я. – Но он молчит, как в рот воды набрал.

Дагай Каач махнул рукой эрфийке, и та снова наполнила наши бокалы.

– Так-то оно так, – промолвил он. – Однако меня более всего сейчас занимает другое.

– Спокойствие прилетевших на Бриллиантовую для участия в большом аукционе покупателей?

– Вот именно. Это важнее всего. А гиперинспектор, до тех пор пока не удостоверится, что невидимка с нашей планеты унес ноги, не отступится. Будет его ловить и переполошит мне всех покупателей.

– Но ведь и личинок в этом году будет меньше.

– А в будущем? Ну и потом, нет худа без добра. Чем меньше личинок, тем выше на них цена. Понимаешь?

Я хмыкнул.

– Ну, вообще-то это можно квалифицировать как мотив. Ты не находишь?

Назраунец небрежно махнул лапкой.

– Э... ты все шутишь. Короче, если тебе удастся еще сегодня ночью или, на худой конец, до начала аукциона спровадить этого гиперинспектора с планеты, совет мыслящих инопланетного района...

– Будет мне очень признателен?

– Очень-очень.

– В каких пределах?

– В достаточных.

– Охо-хо... – сказал я. – И поскольку я могу использовать всего лишь единственный метод выпроваживания с планеты больших чиновников...

– Какой?

– Найти невидимку.

– Правильно, – ухмыльнулся назарунец и облизал мордочку длинным розовым языком. – Ты все понимаешь правильно. Действуй. Если сумеешь поймать невидимку без большого шума, можешь рассчитывать на... что бы тебе хотелось?

Я пожал плечами:

– Ну, отпущение старых грехов вы мне выхлопотать не сможете, а что касается остального...

– Почему нет? – сказал Дагай Каача. – Мы можем ходатайствовать перед федерацией об амнистировании твоих прежних проступков.

– А если мне откажут?

– Ну, попытка не пытка... По крайней мере, здесь, на планете, как специально, находится чиновник, ранг которого позволяет это ходатайство одобрить. Правда, нужно, чтобы он этого очень захотел. Кстати, насколько я понимаю, гиперинспектор просто жаждет поймать невидимку. Либо для того, чтобы узнать у него подробности самоубийства федерального агента, из-за которого он здесь появился, либо...

Он замолчал.

– Либо? – спросил я.

– Не знаю, – признался назарунец. – Мне тоже кажется, он знает об этом невидимке больше нашего, но не говорит. Почему? Впрочем, это его дело. Короче, вот тебе диспозиция, и если ты умудришься не упустить свой шанс...

Я почесал в затылке.

Да, назарунец, конечно, был хорошим главой совета мыслящих инопланетного района. По крайней мере, как и положено настоящему администратору, рассыпать приманку для разных там лопухов он умел великолепно.

Рука моя уже ползла в карман, но я вовремя это заметил и пресек. Нечего чепухой заниматься. Кажется, бросив курить, я приобрел взамен привычку шарить в кармане, пытаясь найти несуществующие сигареты. Вот с ней я тоже буду бороться. Нет у меня сигарет. Нет. И курить я бросил. Так что – нечего.

– Думай, – сказал Дагай Каача. – Думай. Ночь еще в разгаре. А большой аукцион состоится только завтра, после обеда. Время есть. Не упусти свой шанс.

Он ушел, а я некоторое время задумчиво рассматривал закрывшуюся за ним дверь.

Вот так задача! Все та же, навязшая, о путешествии в неведомые края, на поиски незнамо чего. Совсем недавно мне вроде бы показалось, что я от нее отплюхался. Ан нет, вот она ко мне опять вернулась. Да еще с довеском. С призом, и довольно весомым, если я ее умудрюсь решить.

– Центурион, не желаешь еще глика?

Это был Марноу, как и положено настоящему хозяину ресторана, до поры до времени державшийся в отдалении и не мешавший большим гостям обсуждать свои проблемы.

– Глоточек, – сказал я.

– Сейчас.

Он поставил передо мной бокал и, усевшись напротив, сказал:

• Предыдущая
• 48/55
• Следующая