Плюс на минус - Громыко Ольга Николаевна - Страница 50
- Предыдущая
- 50/87
- Следующая
Напарник злобно на меня зыркнул, видимо, решив, что я нарочно это подстроила, и, сделав мне знак стоять на месте, отправился на обыск квартиры.
— Ну и где этот … …?! — выругался он пару минут спустя. — Неужели заметил «хвост» и подвалом удрал?
— А может, это не его квартира? — Я подошла к Сане и огляделась. Обставлена двушка была простенько, но со вкусом: импортная техника, новая стильная мебель, на полу паркет — довольно чистый. Ни фотографий, ни ролевых причиндалов, фантастика занимает в книжном шкафу всего три полки.
— Я тогда этим старухам… — с интонациями Раскольникова начал Саня, и тут раздался скрежет ключа в замке.
На сей раз мы поняли друг друга без слов: я присела за креслом, парень беззвучно метнулся к двери, и когда она открылась, в лоб вошедшему приветственно уставился обрез.
Побледневший Игорь уронил яйца — все три штуки, куриные, за которыми, видать, ходил к соседям одалживаться. Судя по домашним тапочкам и спортивному костюму, гостей он не ждал.
— Надо же, какие эльфы и без конвоя, — радостно пропел Саня. — А чего в дверях стоим, как неродной? — добавил он, пригласительно качнув обрезом.
Не уважить такую душевную просьбу Игорь не посмел. Он загипнотизированно шагнул вперед, поскользнулся на яичной луже и с грохотом рухнул на спину.
— Стоять! — гаркнул Саня уже на меня. — Знаем эти штучки. Сам подымется, не калека… пока.
Я и не собиралась подавать упавшему руку, но барахтающийся на полу человек не был той опасностью, от которой следует прятаться за креслами — а то и под. Хотя, учитывая, что Валеру он убил простым суком…
— Вставай давай, — скомандовал Саня. — И проходи в комнату, только медленно, и упаси тебя господь от резких движений. Я человек нервный, а спуск у обреза — мягкий.
Игорь кое-как поднялся и, скособочившись вправо, похромал к дивану.
— Лен, закрой дверь! — отрывисто бросил Саня, проходя в комнату следом за врачом. — А потом встань здесь, у порога.
— Зачем?
— Чтобы директрису мне не перекрывать, в смысле, козла этого.
Я ничего не поняла, но послушалась. На несколько минут в комнате воцарилась тишина: все приглядывались ко всем, и самый неутешительный вывод получился у Игоря.
— Что вам от меня надо? — поинтересовался он, неубедительно пытаясь изобразить праведный гнев высоким дрожащим голосом. — Тоже убить хотите?
— «Тоже»? — повторил Саня. — Нет уж, милый друг, не «тоже». Потому как нам каяться не в чем, мы за твоим признанием сюда пришли. Добровольным и чистосердечным.
— В чем?! — Даже если врач репетировал эту фразу с момента убийства, все равно в нем пропадал великий актер. Сыграть такое искреннее изумление…
— Во гад, а? — восхитился напарник. — Игорек, ладно бы перед ментами — но с нами-то чего ваньку валять?
— Девушка, — «эльф» с отчаянием уставился на меня, — может, вы мне объясните: что этот псих от меня хочет?
Кажется, от страха у Игоря действительно отключилось логическое мышление, поэтому я ангельским голосочком сказала:
— Того же, что и я, — признания в убийстве Валерия Кожевникова.
— Что-о-о?!
— Память заело? — повысил голос Саня. — Хочешь сказать, не помнишь, как с другом Валерой из лагеря вашего драпал?! — О причине драпа мой напарник благоразумно не стал напоминать. — И что потом было, тоже не помнишь?
— Нет!
— Врет, — уверенно сказала я.
— Я не убивал Валерку! — Как ни странно, это прозвучало намного искреннее. — Мы ж лучшими друзьями были, что нам какая-то баба! Я ему на следующий же день позвонил, предложил мировую… ну, дулись еще друг на друга чуток — Ирка на ролевку явилась, скандал закатила, настроение испоганила… но все уладилось, честное слово!
— Ага-ага, — кивнул Саня. — Верю… что свидетели все это подтвердят. И в то, что ты сам звонил и мирился напоказ, — тоже верю. Но вот какая забавная штука, Игорек: у нас тоже свидетель нашелся, с той самой полянки. Так что лучше вспоминай по-хорошему, что у вас в ту ночь приключилось.
— Да не помню я! — криком души вырвалось у Игоря. — Меня, как первая петарда рванула, будто перещелкнуло: темень, деревья мелькают, в груди саднит, вопит кто-то… опомнился, только когда все стихло. Еле-еле назад к лагерю выбрел, ребята говорят, меня часа три где-то носило. Эльфийский плащ посеял, да так, что милиция с собакой не нашла…
— А что ты еще посеял, кроме плаща и памяти? — издевательски осведомился Саня. — Может, сапог?
Игорь стушевался еще больше.
— А чего сапог? Ну забыл переодеть, с кем не бывает? Из-под плаща-то не видно, никто из ребят и не заметил…
— Что — не заметил? — насторожилась я.
— Ну что я в цивильной обуви по полигону хожу… и вроде ж надевал ролевые, но тут как раз Ирка в палатку вломилась, и я, наверное машинально, опять ботинки натянул…
— А с ролевыми что?
— Пропали куда-то. Мы в такой суматохе собирались, что до сих пор созваниваемся: кто что посеял или чужое в рюкзаке обнаружил…
— Наверное? — осклабился Саня. — А вот я не наверно, а точно помню, как ты в сапожках у костра стоял. Или ты в палатку зашел перед тем, как от ракет смываться? А, Игорек? Я вот думаю, если друзей твоих поспрашивать, они тоже эти сапожки припомнят.
Страх в глазах «эльфа» перерос в ужас, и уже не перед нами. Но при этом во мне все больше крепла уверенность, что Игорь — не тот безликий кошмар в «бумере», от которого мы бегаем уже три дня. То есть в чем-то он определенно замешан, но на жестокого расчетливого киллера не тянет.
— А где вы были позавчера вечером, часов эдак в десять-одиннадцать? — вежливо спросила я. — Или тоже не помните?
— Это в воскресенье, что ли? — с трудом сообразил Игорь. — На дежурстве, суточном. Я всю ночь в кабинете просп… просидел, медсестры подтвердят!
— Ты и сегодня дежурил, — презрительно напомнил Саня, — а сам где-то катался перед концом смены.
— Так я ж у заведующей отпросился и Сонечку со второго уговорил за моим этажом присмотреть! А ночью я единственный врач на весь роддом, мне даже на минуту отлучиться нельзя — вдруг экстренные роды или операция?
— Ладно, роддом отставим… пока. — Санин тон намекал, что «пока» будет не очень долгим. — Так что с сапогами-то, товарищ всеэльфийский царь? Все еще дыра в памяти?
— Но я действительно не помню! — простонал Игорь.
— Послушай ты, гнида. — Напарник не кричал, но его звенящий от ярости шепот был пострашнее иного вопля. — Знаешь, как в Чечне лечат амнезию вроде твоей?
Если Игорь и не знал, то живо нафантазировал.
— Вы не посмеете! Я в милицию буду жаловаться! — понес он уже полную чушь.
— Сань, — вмешалась я, — а может, у него действительно провал в памяти? На нервной почве?
Врач энергично закивал.
— Да-да, медицине известно много подобных случаев!
— Может, — развила мысль я, — его не запугивать, а лечить нужно?
— Так я ж того, — парень качнул обрезом, — это самое и делаю. Шокотерапия пополам с ножеукалыванием называется.
Я тяжко вздохнула. Боюсь, сейчас Саня пристрелит уже меня… но за четыре года работы в Госнежохране я привыкла доверять своему чутью больше, чем глазам и фактам.
— Сань, он не врет.
— Слушайте, слушайте ее! — снова вмешался Игорь. — Исключительно умная девушка.
— Я и слушаю! — рыкнул на него мой напарник. — Ладно, щас подберем тебе щадящий метод лечения… из народной, блин, медицины. Как насчет прогулки по лесам боевой славы, а, товарищ эльф? Понюхаете цветочки, с местными жи… то есть обитателями пообщаетесь. Авось на поправку пойдете.
— Вы ведь тоже заинтересованы в установлении истины и торжестве справедливости, верно? — вкрадчиво уточнила я.
— А… э-э-э… ну да. — Игорь понял, что убивать его прямо сейчас не будут, и, вытащив из кармана скомканный платок, нервно промокнул потный лоб.
— Тогда, — подхватила я, — вам действительно стоит поехать с нами. Исключительно добровольно и без постороннего принуждения.
— Покуда по-хорошему предлагаем, — «поддакнул» Саня, поудобнее перехватив обрез.
- Предыдущая
- 50/87
- Следующая