Выбери любимый жанр

Влюбленная в тебя - Гибсон Рэйчел - Страница 2


Изменить размер шрифта:

2

– Вы что-то сказали? – спросил бармен, поставив перед нею стакан.

Мэдди покачала головой:

– Нет, ничего. – Она сунула руку в сумочку и заплатила за выпивку, а в это время из сияющего неоном музыкального автомата забухали такты песни о «Веселом заведении и невезении». «Какого черта все это могло означать?» – сливалось с устойчивым гулом разговоров.

Закатив рукав свитера, Мэдди протянула руку к своему мартини. Поднося стакан к губам, взглянула на светящиеся стрелки часов. Девять! Раньше или позже, но хозяин должен был показать свое личико. Если не сегодня, так завтра. Она сделала глоток, и смесь джина с вермутом проложила жаркую дорожку в ее желудок.

Право же, она очень надеялась, что он появится пораньше, пока она не выпьет слишком много мартини и не забудет, зачем сидит на высоком барном стуле, подслушивая стенания неудовлетворенных пассивно-агрессивных дам и придурковатых типов. Хотя, с другой стороны, иногда это было неплохое развлечение – слушать людей, жизнь которых казалась еще более жалкой, чем ее собственная.

Мэдди поставила стакан на стойку. Не так уж она любила подслушивать. Она предпочитала прямой подход – копаться в чужих жизнях, настойчиво проникая в самую суть их маленьких тайн. Некоторые расставались со своими секретами без особых возражений, напротив, охотно выбалтывали всю подноготную. Другие вынуждали ее потрудиться – вырывать правду с корнем. Иногда правда была грязной, но всегда – смелой и без прикрас. Но она любила писать о серийных маньяках, массовых убийствах и даже о заурядных психопатах.

Что ж, девушке нужно же чем-то выделиться, и Мэдди, которая писала под псевдонимом Маделин Дюпре, была одним из лучших авторов криминального жанра. Она писала о крови. О больных физически и душевно, и находились даже такие – в том числе ее подруги, – кто полагал, будто она писала, насилуя собственную личность. Мэдди нравилось думать, что это прибавляло ей шарма.

Правда же была где-то посередине. Ужасы, которые она наблюдала и о которых писала, действительно причиняли ей вред. Какой бы прочный барьер ни ставила Мэдди между собственным рассудком и людьми, у которых брала интервью и которых подвергала исследованию, их ущербность находила в ее барьере трещины. И потом было дьявольски трудно отмыться от всего этого…

Такая работа заставляла ее видеть мир немного по-другому – не так, как видели его те, кто ни разу не сидел напротив серийного убийцы, вываливающего на тебя подробности своих «подвигов». Но эта же работа сделала Мэдди сильной женщиной, которую никому не взять голыми руками. Она почти ничего не боялась и не питала иллюзий относительно человечества в целом. Конечно, умом она понимала, что подавляющее большинство – это совершенно приличные люди, дай им шанс, и они поступят так, как будет правильно. Но Мэдди знала и других – пятнадцать процентов тех, кого заботили лишь собственные эгоистические и извращенные удовольствия. Из этих пятнадцати процентов лишь два приходилось на долю настоящих серийных убийц. Прочие отклоняющиеся от социальной нормы персонажи были обыкновенными насильниками, убийцами на бытовой почве и управляющими фирм, втайне потрошившими пенсионные счета своих сотрудников.

Кроме того, Мэдди знала наверняка: тайны имелись у всех – это было непреложно, как и тот факт, что солнце встает на востоке и садится на западе. У нее самой было несколько секретов, только она их всегда держала при себе.

Мэдди снова поднесла стакан к губам, бросая взгляды в дальний конец бара. Там отворилась дверь, и из освещенного коридора в темный холл шагнул мужчина.

Мэдди тотчас узнала его – узнала, прежде чем он успел выйти из темноты, когда тени скользнули по широкой груди и могучим плечам, обтянутым черной футболкой. Она узнала его даже до того, как свет выхватил из тени подбородок и заиграл в волосах – черных, как ночь, из которой он только что явился.

Он зашел за стойку, на ходу обматывая красным фартуком бедра и затягивая завязки поверх ширинки. Мэдди никогда с ним не встречалась, но знала, что ему тридцать пять, он был на год старше нее. И еще она знала, что его рост – шесть футов два дюйма, а вес – сто девяносто фунтов. Двенадцать лет этот человек прослужил в армии, где летал на вертолетах и сеял смертоносный дождь из ракет типа «Хеллфайер». Ему дали имя в честь отца, и звали его Локлин Майкл Хеннесси, но все называли его просто Майк. Как и его отец, он был ошеломительно красив. Головы поворачивались ему вслед, переставали биться женские сердца, и дам посещали безумные мысли – фантазии о жарких губах и сброшенной наспех одежде. Мечты о соприкосновении обнаженных тел на заднем сиденье автомобиля…

Впрочем, Мэдди подобные мысли не посещали.

У него была старшая сестра по имени Мэг, и в этом городке ему принадлежали два бара – «Морт» и «Хеннесси». Причем последний принадлежал его семье даже дольше, чем он сам прожил на свете. «Хеннесси» – бар, где работала мать Мэдди! Там ей встретился Лок Хеннесси, и там она умерла.

Он словно почувствовал, что она на него смотрит, и поднял взгляд от завязок фартука. Остановился в нескольких футах от нее, и их глаза встретились. Мэдди судорожно закашлялась – джин не желал литься в горло. Она знала – по данным его водительского удостоверения, – что глаза у него голубые, но они оказались скорее темно-бирюзовыми, как Карибское море. И было потрясением – видеть, как эти глаза смотрят на нее.

Мэдди опустила свой стакан и прикрыла ладонью рот.

Последние такты песни о веселом заведении смолкли, когда он окончательно затянул завязки фартука и шагнул к ней. Теперь их разделяли всего несколько футов.

– Думаете, не до смерти? – послышался его низкий голос.

Она сглотнула слюну и опять закашлялась.

– Надеюсь, нет. Выживу.

– Эй, Майк! – воззвала блондинка с соседнего стула.

– Привет, Дарла. Как дела?

– Бывает получше.

– Ну у тебя всегда так, правда? – спросил он, бросая взгляд на женщину. – Надеюсь, будешь вести себя прилично.

– Ты же меня знаешь! – рассмеялась Дарла. – Я всегда намереваюсь вести себя прилично. Но, разумеется, меня можно уговорить расшалиться.

– Однако твое белье останется сегодня на тебе, правда? – Он приподнял темную бровь.

– Я никогда не знаю заранее. – Блондинка снова рассмеялась. – Ведь неизвестно, что я могу выкинуть. Иногда у меня сносит крышу.

Только иногда? Купить самой себе поздравительную открытку, чтобы бойфренд ее подписал? Это был пассивно-агрессивный тип с уклоном в помешательство.

– Смотри, чтобы твои трусы оставались там, где положено, иначе мне снова придется выставить тебя отсюда с голой задницей.

Снова?.. Неужели такое уже случалось? Мэдди сделала очередной глоток и бросила взгляд на объемистый зад блондинки, втиснутый в «рэнглеры».

– Держу пари, вам всем очень хотелось бы это увидеть! – заявила Дарла, тряхнув копной волос.

И Мэдди опять поперхнулась коктейлем – второй раз за вечер.

Она услышала тихий смех Майка и увидела веселые огоньки в его поразительно голубых глазах.

– Дорогая, не принести ли вам воды? – спросил он.

Откашлявшись, Мэдди покачала головой.

– Коктейль слишком крепкий?

– Нет. Все в порядке. – Кашлянув в последний раз, она поставила стакан на стойку. – Просто представила себе нечто ужасное.

Уголки его губ дрогнули в улыбке, и на щеках обозначились ямочки.

– Я вас здесь раньше не видел. Вы тут проездом?

Мэдди заставила себя забыть видение огромной голой задницы Дарлы и вспомнить, по какой причине она явилась в «Морт». Она предполагала, что Майк Хеннесси внушит ей антипатию с первого взгляда. Но этого не случилось.

– Нет. Я купила дом на Ред-Сквиррелл-роуд.

– Милое местечко. Ваш дом на самом берегу озера?

– Да.

«Похоже, – подумала она, – Майк унаследовал также отцовский шарм в придачу к прекрасной наружности».

Мэдди уже успела узнать: очарования Локу Хеннесси вполне хватало, чтобы укладывать женщин в штабеля, едва посмотрев в их сторону. Несомненно, так он очаровал и ее мать.

2
Перейти на страницу:
Мир литературы

Жанры

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело