Кругом одни соблазны - Серова Марина Сергеевна - Страница 13
- Предыдущая
- 13/29
- Следующая
Не могу сказать, дорогой читатель, что это получилось у меня очень искренно.
Он, разумеется, этого не заметил – не то состояние.
– Да нет. Вообще-то она у меня хорошая женщина. Просто обиделась на невнимание с моей стороны. Ой, – спохватился он, – что это мы все про мои проблемы! Вы-то что хотели узнать у меня?
– Я расследую дело об убийстве дочери Ковалева. Помните?
– Конечно. Я же сказал, что память у меня просто отменная. Хотите проверить? Это было четвертого апреля. Я Игоря в тот день сменил в час. Он вроде бы домой пошел. А потом после обеда, в полтретьего, опять появился. Сказал, что был на базарчике, продукты домой покупал да вспомнил, что ключи на работе забыл.
– И что, действительно забыл?
– Не знаю. Но он их тут не нашел. А потом студентов привели на вскрытие показательное. Он мне свою помощь предложил. Я как раз к тому времени притомился очень, – он многозначительно указал на бутылку, – поэтому согласился с удовольствием. У него вообще это красиво получается и быстро. Он же раньше хирургом работал, живых, так сказать, резал. А с мертвыми-то что церемониться, правда?
Я кивнула.
– А во сколько он ушел домой, не помните?
– А то! Я еще сказал ему тогда: «Ты с показательным вскрытием в тридцать минут уложился, просто блестяще». А он еще спросил про время. Было пятнадцать часов пять минут. Видите, какая у меня память, а вот жена говорит...
Для такой личности действительно великолепная память. Пожалуй, даже со мной посоревноваться смог бы.
– Она не права, вы ей так и скажите. А его еще кто-то видел?
– Да все, кто здесь был. Его еще спрашивали, успел ли он хоть перекусить. А он ответил, что не успел, зато дочке и жене фрукты по дешевке успел приобрести. Он мне еще банан на закуску давал.
Взгляд Евгения Ивановича помутнел, и язык начал заплетаться. Пора было отчаливать. И так крупно повезло.
– Спасибо, Евгений Иванович, вы очень помогли следствию.
– Не за что. Там и так все ясно уже было. Игорь говорил, что...
Он потерял нить разговора. Жара и спирт сделали свое дело. Голова моего собеседника тихо опустилась на руки...
– До свидания, – бросила я полутрупу и покинула обитель смерти.
Еще раз подивилась своему везенью: вовремя сюда попала. Приди я чуть позже, только пьяный лепет бы услышала или же просто затылком полюбовалась бы, начинающим лысеть...
На улице светило яркое солнце. Я даже непроизвольно зажмурилась. Какая благодать по сравнению с этим жутким помещением! Когда мои глаза немного привыкли к солнечному свету, я приглядела свободную скамеечку, села и закурила. Хотелось немного подумать на свежем воздухе.
«Слишком уж много совпадений, любезный Игорь Игоревич. Во-первых, с часу до четырнадцати тридцати, ориентировочно, тебя никто не видел. А часы на полочке показывали четырнадцать двадцать. В это время, если учесть, что от вашего дома до работы идти всего-то пару минут, вы, уважаемый, вполне могли там находиться.
Во-вторых, история с ключами и соседом Эдуардом Иосифовичем – это не что иное, как алиби, притянутое за уши. Только вот зачем вы это сделали и почему подставили Лешу? Чем он вам так не понравился? Уж не психологическим ли портретом преступника? А по-моему, этот самый типчик очень даже похож на вас».
Таким вот образом я беседовала сама с собой. И заключила: надо добиться свидания с Лешей, узнать, что связывало его с убитой. Вопросов у меня к нему много.
Может быть, Киря поможет мне устроить свидание, а я ему за это материальчик интересный подброшу, не считая жидкой валюты. Может, он даже звездочку впоследствии на этом заработает?
Если адвокат вернет дело на доследование, шансы у Лехи вырастут. На материальчик я, Игорь Игоревич, не поскуплюсь, будьте уверены. Сейчас еще надо среди ваших соседей поспрашивать, еще свидетелей поискать. Может, к примеру, всезнающие старушки помогут.
Мои размышления внезапно прервал детский голосок. Мощный, надо сказать, голосок. Прямо-таки на весь клинический городок.
Я стряхнула оцепенение и увидела рядом с собой молодую мамочку с малышом в коляске.
Женщина посмотрела на меня и сказала:
– Извините, пожалуйста, вы не скажете, который час?
– Двенадцать ноль пять.
– Ой, спасибо большое.
Потом обратилась к ребенку:
– Нет, детка, нам с тобой еще целый час гулять. Так что терпи.
Мне стало очень жаль малыша и захотелось защитить его от столь коварной мамаши:
– Ой, мамочка, ну какая же вы жестокая. Он же кушать хочет.
– Вообще-то это девочка. Ее зовут Вика.
– Простите ради бога.
– Ничего страшного. Малыши все одинаковые. Она у меня сегодня из графика выбилась.
– Господи, и тут график.
– А как же? Все строго по расписанию: кушать, спать, гулять. Своего вот родите, узнаете, как важен для малышей режим.
Дальше я уже не слышала ее рассуждений, увлеченная собственными мыслями: «Вот кто тебе, Танька, сможет помочь! Мамашки с младенцами. Пойду-ка я к дому Ковалевых, тут недалеко. Вдруг фортуна мне улыбнется!»
Но у искомого подъезда меня ждало разочарование. Ни одной гуляющей мамашки. Словно вымерли, как мамонты в ледниковый период.
На лавочке сидели две старушки с кошечками. Они ничего не видели, не слышали и вообще с такими, кто много хочет знать, у них не было желания общаться. Жаль. Но не все коту масленица. Надо радоваться тому, что уже имею в арсенале. И я грустно поплелась назад к клиническому городку, где оставила свою машину.
Я так задумалась, что не сразу его увидела. Неожиданно на моем пути нарисовался мужчина, который внезапно схватил меня за руку. Передо мной собственной персоной стоял Игорь Игоревич.
– Что-то мы с вами стали часто встречаться, Таня Иванова, вам не кажется?
– Случайность, наверное, – пробормотала я.
– Хорошо бы, если так.
Его слова прозвучали зловеще, но и мы, как известно, не из пугливых. Я сделала невинное лицо:
– У меня тут друг работает. Я к нему на консультацию приходила.
– Да? Татьяна, мне бы очень хотелось с вами поговорить, но только без свидетелей. Я же знаю, что никакой вы не журналист, а частный сыщик и ищете убийцу моей дочери. Я прав? А может, я смогу вам помочь?
Раскрывать свои карты главному подозреваемому я не собиралась. Дудки, уважаемый.
– Спасибо, но чем вы мне поможете? – и я искренне улыбнулась ему. – А если пообщаться хотите, я не против, но не сегодня.
– Хорошо, назначьте день, – он был настойчив, а мне надо выиграть время, чтобы окончательно припереть его к стенке.
Помолчав немного, я сказала:
– Могу вам позвонить, дайте номер своего телефона.
Быстро протянув мне визитку, Игорь Игоревич изобразил кривую улыбку:
– Я буду ждать. – Он повернулся на сто восемьдесят градусов и зашагал по направлению к моргу. А я смотрела ему вслед и думала: «Похоже, он меня боится. Это тоже наводит на размышления».
Я все еще стояла в раздумье, но тут мое внимание привлекла женщина, которая одной рукой катила впереди себя коляску с малышом, а в другой несла чемодан огромных размеров. Проходя мимо Игоря Игоревича, улыбнулась ему, как хорошему знакомому, и что-то сказала. Он кивнул и прошел мимо.
Когда она поравнялась со мной, я предложила свою помощь, хотя сама терпеть не могу таскать тяжести. У меня просто патологическое отвращение к объемистым сумкам. Я порой согласна неделями сидеть на кофе с сосисками, лишь бы не таскать сумки с продуктами. Брр!
Однако работа требует жертв. Как только появляется возможность узнать еще что-нибудь про моего клиента, я – сама любезность.
– Давайте я помогу вам, девушка.
Дамочка, которой на вид было не больше двадцати, очень обрадовалась.
– Ой, какое вам огромное спасибо! А я уж думала, не дойду до дома. Такой чемоданище тяжеленный. Вы коляску с Саньком катите, с вещами сама как-нибудь справлюсь. Мне не привыкать. Просто неудобно очень.
Это меня обрадовало. Все-таки коляску катить гораздо легче.
- Предыдущая
- 13/29
- Следующая