Выбери любимый жанр

Властелин Хаоса - Джордан Роберт - Страница 1


Изменить размер шрифта:

1

Роберт Джордан

Властелин Времени

Бетси

Львы поют, холмы летают,

В полночь солнышко сияет.

Муж оглох, жена ослепла,

А дурак восстал из пепла

И теперь смеется лихо.

Правь же, Хаоса Владыка!

Считалка из детской игры, услышанная в Великом Аравалоне, Четвертая Эпоха
Властелин Хаоса - _03r.png
Властелин Хаоса - _02r.png

Пролог. Первая весть

Демандред ступил на черный склон у Шайол Гул из отверстия в ткани реальности, и оно тут же закрылось. Мутные серые облака нависали, затягивая небо, казавшееся перевернутым океаном мертвенно-бледных волн, бившихся вокруг окутанного туманом скалистого пика. Над раскинувшейся внизу бесплодной долиной то и дело вспыхивали странные тускло-голубые и красные огни, но они не могли рассеять сумрак, скрывающий их источник. Молния, ударив снизу, прочертила облака, послышался приглушенный раскат грома. Из отверстий, которыми была усеяна скала, поднимались дым и пар. В некоторые из этих дыр едва удалось бы просунуть руку, тогда как другие могли поглотить и десяток человек.

Он тут же отпустил Источник, и вместе с Единой Силой ушло обостренное восприятие реальности, позволявшее ощущать окружающее яснее и четче. Расставшись с саидин, он почувствовал себя опустошенным, но только глупец стал бы направлять Силу здесь. И конечно же, только глупец мог захотеть здесь видеть, слышать или осязать все отчетливее.

Во времена, которые ныне именовали Эпохой Легенд, это место было идиллическим островком в холодном океане, излюбленным местом тех, кто предпочитал простой, бесхитростный образ жизни. И теперь, несмотря на дым и пар, здесь было очень холодно. Демандред не позволял себе ощущать это, однако инстинкт побудил его поплотнее закутаться в подбитый мехом плащ. При дыхании из его рта вырывался серебристый пар и тут же таял в воздухе. В нескольких сотнях лиг к северу лежали вечные льды, но Такан’дар всегда оставался сух, словно пустыня, хотя здесь царила вечная зима.

Впрочем, вода здесь все же была – чернильный ручеек тонкой струйкой стекал по скалистому склону неподалеку от сложенной из грубых серых камней кузницы. Внутри звенели молоты, и с каждым ударом в узеньких окошках вспыхивал бледный свет. Одетая в лохмотья женщина безвольно привалилась к шероховатой стене, прижимая к груди младенца. Долговязая исхудалая девчонка зарылась лицом в ее юбки. Не приходилось сомневаться, что это пленницы, захваченные во время набега на порубежье. Но пленных было мало. Надо полагать, Мурддраалы скрежетали зубами от ярости. Их клинки по прошествии времени теряли свою силу. Мечи требовалось заменять, а между тем рейды в Пограничье становились все реже.

Из кузницы вышел плотный, неповоротливый молотобоец, похожий на высеченную из скалы статую. Молотобойцы не были живыми людьми – оказавшись в отдалении от Шайол Гул, любой из них обратился бы в камень или рассыпался в прах. Да и ковать они умели только мечи. Этот держал в руках длинные клещи с зажатым в них уже закаленным клинком, в лунном свете казавшимся льдисто-белым. Хоть молотобоец и не был живым, он погрузил поблескивающий металл в темный поток с большой осторожностью. Малейшее прикосновение к этой воде могло покончить и с тем подобием жизни, что теплилась в нем. Когда он вытащил меч из ручья, металл сделался абсолютно черным. Но работа над клинком еще не была закончена.

Шаркающей походкой молотобоец вернулся в кузницу, и оттуда раздался отчаянный крик. Кричал мужчина.

– Нет! Нет! НЕТ! – Затем крик превратился в пронзительный вопль, который становился все тише, будто нечто затягивало голос в немыслимую даль. Теперь меч был готов.

Снова появился молотобоец – может, тот же самый, а может, и другой – и рывком поставил женщину на ноги. Она, девчонка и младенец разразились рыданиями, но он вырвал дитя из объятий матери и сунул в руки девочке. Тут в женщине наконец проснулась воля к сопротивлению – она отчаянно царапалась и отбивалась ногами, но молотобоец этого даже не заметил: с тем же успехом можно было пинать скалу. Крики женщины смолкли, как только он затащил ее внутрь. Снова зазвенели молоты, заглушая плач детей.

Один меч был готов, над другим шла работа, и два предстояло сковать. Демандред никогда прежде не видел, чтобы здесь дожидалось своей очереди послужить Великому Повелителю Тьмы менее пятидесяти пленников зараз. Да, Мурддраалы наверняка скрежещут зубами.

– Ты медлишь, тогда как тебя призывает Великий Повелитель! – Голос прозвучал словно шорох прелой листвы. Демандред медленно обернулся. Он хотел возмутиться тем, что Получеловек осмелился говорить с ним в таком тоне, но уничижительные слова замерли на его устах. И конечно, вовсе не из-за леденящего взгляда безглазого лица, повергавшего в трепет любого человека. Он, Демандред, давно забыл, что такое страх. Скорее его ошеломил вид облаченного в черное существа. Обычно Мурддраал, змееобразное подобие человека, не превосходил ростом высокого мужчину, но у этого и плечи возвышались над головой Демандреда.

– Я отведу тебя к Великому Повелителю, – заявил Мурддраал. – Я – Шайдар Харан.

Он повернулся и начал взбираться по склону, проворно, словно змея. Чернильно-черный плащ свисал с плеч неестественно прямо и не шевелился при движении. Демандред поморщился. Сколько он помнил, Полулюдям всегда давали имена на Троллоковой тарабарщине – язык, выговаривая, сломаешь. Но Шайдар Харан на Древнем Наречии означало Рука Тьмы. Это было неожиданностью, а неожиданностей Демандред не любил, особенно у Шайол Гул.

Вход в гору мог бы сойти за одну из многочисленных покрывающих склон каверн, но от него не исходило ни пара, ни дыма. В эту пещеру могли бы войти и два человека рядом, но Мурддраал пошел впереди. Тоннель вел вниз, резко под уклон, пол его был истоптан до того, что казался полированным. По мере того как Демандред спускался все ниже, следуя за широкой спиной Мурддраала, холод уступал место все нарастающей жаре. Демандред ощущал это, хотя и не позволял жаре коснуться себя. От каменных плит тоннеля исходил бледный свет, казавшийся ясным в сравнении с сумерками снаружи. С потолка свисали острые колючие зубья, готовые в любой момент защелкнуться, чтобы разорвать неверного или предателя. Их называли клыками Великого Повелителя. Конечно, это были не настоящие зубы, но разорвать они могли вполне как настоящие.

Неожиданно для себя он отметил нечто странное. Всякий раз, когда ему прежде случалось проходить по этому тоннелю, острые зубья едва не царапали макушку. Но сейчас между головой шедшего впереди Мурддраала и каменными клыками оставалось пространство в добрых две ладони. Демандреда это удивило. Удивило не то, что изменилась высота тоннеля, – здесь постоянно происходили самые невероятные вещи, – а то, что проход расширился, давая путь Получеловеку. Великий Повелитель намекал Мурддраалу на свою благосклонность, словно тот был человеческим существом. Этот факт стоило взять на заметку.

Неожиданно тоннель вывел на широкий уступ над озером расплавленного камня. Черно-красная магма клокотала, выбрасывая танцующие языки пламени в рост человека. Потолка у огромной пещеры не было, и сквозь отверстие в вершине горы виднелось небо. Но не небо Такан’дара. В сравнении с этим даже такан’дарское, с его странными, трепещущими, будто от порывов ураганного ветра, бороздчатыми облаками, казалось обычным. Это место именовали Бездной Рока, хотя мало кто догадывался, сколь точно это название.

Даже после многочисленных посещений – а в первый раз он побывал здесь более трех тысячелетий назад – Демандред испытывал трепет. Здесь он ощущал Отверстие, давным-давно просверленное в узилище, где с момента Творения был заточен Темный. Здесь, благодаря некой разреженности в Узоре, чувствовалось присутствие Великого Повелителя, хотя в физическом смысле это место было ничуть не ближе к Отверстию, чем любое Другое в мире.

1
Перейти на страницу:
Мир литературы

Жанры

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело