Выбери любимый жанр

Как узнать любовь? - Мазаева Ирина - Страница 3


Изменить размер шрифта:

3

– Больная!

Олеся смущенно отпрыгнула от Ивана.

– Сам больной!

– Я на людей не кидаюсь!

– Я на тебя не кидалась!

– Больно мне надо смотреть, что ты там пишешь!

Переругиваясь, они друг на друга не смотрели. Олеся сгорала от стыда и была готова провалиться сквозь пол к соседям. А Ваня нервно крутил колеса кресла, пытаясь развернуться в узком пространстве между компьютерным столом, кроватью и стулом. Наконец это у него получилось, и он решительно подкатил к двери.

– Ты уже все прочитал!!! – не могла успокоиться Олеся.

– Я ничего не читал! Я вообще никогда не читаю чужие письма!

Иван подкатил к двери, но папа, уходя, тактично ее прикрыл. Дверь открывалась внутрь комнаты, Ваня дергал за нее, но она каждый раз стукалась о кресло, не позволяя ему выехать. Когда же он откатывался настолько, чтобы дверь могла беспрепятственно открыться, его рука не доставала до ручки. В этот момент Олеся превозмогла свое смущение и решила посмотреть в его сторону. Ваня тоже был красный как рак. И чем дольше у него не получалось открыть дверь, тем больше он краснел.

Олеся сунулась помочь. Отчасти потому, что ей самой хотелось, чтобы он поскорее убрался, отчасти потому, что ей стало его, такого беспомощного на громоздком инвалидном кресле, очень жалко. Однако вместо благодарности он ее просто… оттолкнул.

– Думаешь, я – инвалид и сам дверь открыть не могу?!

Олеся отшатнулась.

А Иван последний раз попробовал дотянуться до ручки, понял, что это бесполезно, и замер. Стало неприятно тихо.

Олеся мучительно думала, что же ей следует сделать. Но ничего умного в голову не приходило. Неизвестно, чем бы все это закончилось, если бы дверь сама не распахнулась и на пороге не появился бы ее папа.

– Как вы… – Он едва не налетел на Ивана.

Иван же молча пошел на таран. Папа едва успел отскочить, как кресло прокатилось мимо в направлении входной двери. Папа бросил изумленный взгляд на Олесю. Та молча покрутила пальцем у виска. Папа кинулся вслед за Иваном. А Олеся изо всех сил захлопнула дверь своей комнаты. Больше всего ей хотелось кинуться на кровать и заплакать.

Но этому желанию не суждено было осуществиться. В комнату вошел ее папа.

– Олеся! Ты что, не умеешь с людьми разговаривать? Ты зачем на Ваню накричала?! Он ведь тебе компьютер отремонтировал. Он целиком «Виндоуз» переустановил. Два часа возился. А ты? Хоть бы спасибо сказала! Ты сказала ему спасибо?

Олеся и сама уже поняла, что была не права. С Ваней, действительно, вышло как-то некрасиво. Она не только не поблагодарила его, но и обвинила в том, что он якобы читал втихаря ее записи. А ведь, скорее всего, он их на самом деле не читал. И вообще, обвинять людей бездоказательно – несправедливо и невежливо.

Но снова, как и с Сидоровым, во всем виновата была неожиданность. Придя домой, Олеся была уверена, что дома никого нет. Времени было всего три, и родители должны были быть на работе. А уж к тому, что папа не просто дома, но и умудрился привести в Олесину комнату какого-то незнакомого ей парня, да еще и инвалида, и вовсе ей нужно было бы готовиться заранее, недели за две. Ведь это бывает не часто. Точнее, раньше такого вообще никогда не было. Вот она и среагировала… неадекватно. Злость, которую Олеся испытывала к себе из-за глупейшей ситуации с Иваном, переадресовалась папе.

– Папа! Ты сам виноват, что притащил ко мне этого Ивана без моего разрешения. В МОЮ комнату. К МОЕМУ компьютеру. – Она понимала, что не права, но в нее, что называется, как будто бес вселился.

– Ну знаешь ли! – не ожидал обвинений папа. – Я, между прочим, хотел тебе доброе дело сделать: ты приходишь, а компьютер работает. А ты теперь еще и на меня кидаешься!

– Я просто не ожидала гостей… – попыталась взять себя в руки Олеся. – Я хотела побыть одна.

– Что с тобой вообще происходит в последнее время? На людей кидаешься. Сидишь все время в своей комнате – носа из нее не показываешь. Нелюдимая стала. Так нельзя. Быстро переодевайся и за стол.

Олеся хотела было открыть рот, чтобы рассказать папе, что с ней происходит. Как ей одиноко. Как она не может найти контакт с одноклассниками. Как ей не хватает Ташки и ее старого 9-го «Б». Как она не успевает из-за разницы в программах в новой школе. Как… Но папа уже вышел из комнаты.

За обеденным столом тоже поговорить не вышло. Да и пообедать толком тоже не получилось. Потому что весь стол был завален газетами с рекламой строительных фирм, отделочных материалов и сантехники. Одна из них была у папы в руках, и он, не отрываясь, пробегал глазами столбцы объявлений. На столе остывал его кофе.

– Папа, а почему ты дома? – все-таки решилась начать разговор Олеся, с трудом найдя место, куда пристроить тарелку с супом.

– Как почему? Я же вчера говорил, что сегодня должны прийти рабочие делать потолок в ванной, – не глядя на Олесю, ответил папа.

– Они еще не приходили?

– Нет, они задерживаются. Я весь день зря дома просидел. Мог бы и с обеда отпроситься с работы.

– А где ты познакомился с Иваном?..

– О! Вот оно! – Папа радостно потряс перед Олесиным носом объявлением в газете. – Мне Антонина Петровна сказала, что в этой фирме лучшие сантехники!

– Папа! Какая Антонина Петровна?!

– Мама Ивана.

– Как ты познакомился с мамой Ивана?

– Олеся! Ты меня отвлекаешь! – Папа взял шариковую ручку и старательно обвел нужное объявление. – Что ты говоришь?

– Как ты познакомился с мамой Ивана?

– Они наши соседи с пятого этажа. Я вчера ехал в лифте с Антониной Петровной. И помог ей потом занести в квартиру раковину. Она тоже делает ремонт у себя в ванной. Только уже заканчивает. Мы разговорились… Краснофлотская, 45 – это же в нашем районе! Да? Никак не могу привыкнуть, что мы переехали. Надо сходить туда и посмотреть сантехнику.

Олеся поняла, что дальше с папой говорить бесполезно.

А папа вдруг отвлекся от своей газеты:

– Я обещал Антонине Петровне, что ты будешь заходить к ним с Ваней в гости.

– Я?! – Олеся чуть не сверзилась с табуретки. – Это твои знакомые. Вам есть о чем поговорить с Антониной Петровной – о вашем драгоценном ремонте! А что там буду делать я?!

– Общаться с Ваней. Как ты можешь быть такой жестокой? У человека горе – он инвалид. Он не может никуда выходить, ему не с кем общаться. А тебе нужно просто спуститься на один этаж.

– Я не хочу ни с кем говорить! Я не хочу никаких новых знакомых! Мне вообще никого не надо! Я… – И тут Олеся уже собралась высказать все, что наболело у нее на душе, но…

– Мозаика! Точно! Вот что мы сделаем в ванной! – Папа аж подскочил на табуретке, вдохновленный своей идеей.

В дверь позвонили.

– А это – строители! – И довольный папа отправился открывать.

Олеся влетела в свою комнату, рухнула на кровать и разрыдалась.

Глава 3

Ташка

– Он красивый? – спросила Ташка.

Олеся едва дождалась выходных, чтобы выпросить разрешение уехать на весь день к Ташке. Виделись они теперь гораздо реже, но расстояние и трудности только закалили их волю к победе и укрепили дружбу. Именно она, Олеся, назвала когда-то Ташку Ташкой, ведь Наташек в их когда-то общем 9-м «Б» 126-й школы подобралось пять штук, и Олеся придумала называть свою подругу Ташкой. Потому что ее Наташка была самой лучшей Наташкой не просто в классе, но и во всем мире. Ташке быть Ташкой понравилось. Имя прилипло, и даже учителя нет-нет да и обращались к ней именно так.

За восемь с половиной лет дружбы девчонки сделались похожи друг на друга. Одинакового роста, разве что Ташка была немного полнее, даже не полнее, а как-то округлее. У обеих были длинные волосы: у Олеси – светло-русые, а Ташкины – тоже светлые, непонятного серо-коричневого цвета. Только кожа у Ташки казалась рядом с Олесиной совсем бледной и вся была усыпана веснушками.

– Я должна была родиться рыжей, но у солнышка немного не хватило краски, – шутила сама Ташка.

3
Перейти на страницу:
Мир литературы

Жанры

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело