Выбери любимый жанр

Сделай меня счастливым - Лоренс Ким - Страница 2


Изменить размер шрифта:

2

— Надеюсь, что однажды вы потеряете все, что любите, и я очень надеюсь, что смогу это увидеть!

Рафаэль давно потерял единственную вещь, которую любил, и боль от этой потери стала уже просто воспоминанием. Он не собирался позволять себе повторить тот опыт; в его жизни не было никого и ничего, что бы он любил. Он мог завтра потерять все деньги, которые заработал, и ему не стало бы больно, в какой-то степени он даже обрадовался бы подобному вызову.

К тридцати годам он добился всего, что планировал, и даже больше. Только куда двигаться дальше?

Рафаэль понимал, что главная проблема — сохранить мотивацию. Его финансовый успех выходил за границы мечтаний многих людей. Легкая насмешливая улыбка тронула уголки его губ. Он вел сладкую жизнь — настолько сладкую, что завидовал тому мальчику, которым когда-то был, мальчику, который бедно жил и полагался только на свою смекалку и хитрость.

«Может, существует такое понятие, как слишком большой успех, — усмехнулся Рафаэль, переключая скорость, чтобы справиться с еще одним крутым поворотом. — Тогда что же может сделать тебя счастливым, Рафаэль Александро?»

Вместо ответа с его губ сорвалось проклятие, когда на дорогу выбежала женщина.

Она как будто материализовалась из ниоткуда и долю секунды просто стояла в свете фар, словно привидение.

Рафаэль сумел заметить бледное лицо и копну темно-рыжих волос, на все остальное ему не хватило времени. Он был слишком занят тем, что старался не включить убийство в список своих грехов, хотя это казалось неизбежным.

Никогда еще в жизни Рафаэль не принимал неизбежное.

Он был награжден почти кошачьими рефлексами и холодной головой. И удачей, разумеется. Никогда нельзя недооценивать удачу, и, увидев перед собой дерево, Рафаэль задумался, не покинула ли она его.

Не покинула.

Несмотря ни на что, он смог увернуть машину от суицидальной рыжеволосой женщины, не врезаться в дерево и остаться целым. И сколько бы раз потом он ни старался вспомнить подробности этой аварии, он так и не понял, как ему это удалось.

На самом деле он мог бы выйти из этой аварии без единой царапины, если бы колесо не попало на кусок грязи, из-за чего машина развернулась на триста шестьдесят градусов и съехала в канаву. Ремень безопасности не смог справиться с инерционным движением, и Рафаэль ударился головой о ветровое стекло.

Перед закрытыми глазами появились звезды, и Рафаэль услышал голоса, нет, один голос, женский, привлекательный.

Голос умолял его быть живым. Может, он был мертв?

Боль в голове говорила об обратном, и голос был слишком сексуальным и низким, чтобы принадлежать ангелу. Подумав о том, насколько великолепен голос, Рафаэль переключился на более важные вещи, такие как проверка, был он цел и все ли части его тела работали.

Он проверил конечности. Все было на месте и работало. Это хорошо. Но в голове кто-то играл на барабанах. Это уже не так хорошо.

Чья-то рука стала аккуратно приподнимать его голову, и голос, тот самый, который принадлежал не ангелу, прошептал:

— Слава богу!

Он моргнул. Это действие отозвалось острой болью в голове. Морщась, он прижал руку ко лбу и стал медленно поворачивать голову на голос. С трудом он разлепил тяжелые веки и увидел бледное лицо сквозь растопыренные пальцы. Продолжая прижимать руку ко лбу, он снова моргнул, и предметы стали обретать форму. Ореол каштановых волос показался смутно знакомым, а потом и вся женщина приняла ясные очертания.

Это была та суицидальная маньячка, из-за которой все произошло.

Вблизи она оказалась молодой, красивой, его придирчивый взгляд не смог найти погрешностей в ее чертах лица. Но к сожалению, она была рыжей.

Отношение Рафаэля к рыжеволосым женщинам формировалось постепенно, закрепившись после одного инцидента с женщиной, с которой он встречался, и бокала вина, который оказался на его брюках, потому что он не посвящал ей все свое внимание. Несмотря на всю свою притягательность, рыжеволосых женщин слишком тяжело терпеть.

И хотя Рафаэль решил, что глаза от природы не могут быть такого глубокого голубого цвета, он почувствовал, как его захлестнула волна желания, доказывая, прежде всего, что он жив и что неприязнь к рыжеволосым женщинам коснулась не всех частей его тела.

Все снова поплыло, и он закрыл глаза, пережидая приступ головокружения. Очевидно, эти симптомы, наряду с волной тестостерона, были вызваны травмой головы, и они скоро пройдут.

Он открыл глаза и увидел, что женщина еще дальше залезла в машину.

Цвет ее волос напомнил об осенних листьях. Головокружение прошло, уступив место совершенно неуместному желанию провести языком по ее губам.

Даже несмотря на то, что его мозг работал только на пятьдесят процентов, Рафаэль всерьез задумался над тем, чтобы подчиниться этому импульсу, но, боже, этот рот!

Уже давно никакое лицо не вызывало в нем таких примитивных чувств. Часть его презирала их — Рафаэль любил контролировать каждый аспект своей жизни, а другая часть предложила расслабиться и насладиться моментом.

Глава 2

— Скажите, как вы?

Даже несмотря на то, что ему нравился ее запах, Рафаэль не мог не отметить, что вопрос звучал невероятно глупо!

Рыжая и глупая, не говоря уже о склонности к суициду. В голове снова промелькнуло воспоминание о том, как она стояла посреди дороги, словно жертвенная дева, ожидая, когда его машина собьет ее.

— Что-нибудь болит? — спросила Либби, чуть шире открывая дверь.

Наклонившись вперед, она осмотрела машину, ища, куда можно положить свой сотовый телефон. Она приподняла юбку, чтобы упереться коленом в сиденье, и положила телефон на приборную панель.

— Не волнуйтесь, все будет хорошо.

Она скрестила пальцы за спиной и мысленно попросила: «Пожалуйста, не делайте меня лгуньей!»

Взгляд Рафаэля замер на ее чулках. В данный момент он чувствовал себя как угодно, но только не хорошо.

— Если у меня и все хорошо, то явно не благодаря вам.

Либби была слишком поражена, когда он заговорил, чтобы сразу определить привлекательный акцент его враждебного голоса, хотя даже враждебность была очень притягательна, когда звучала таким голосом... глубокое богатое мурчание, от которого волоски на руках вставали дыбом.

— Я понимаю, что вам в деревне надо как-то развлекаться, но бросаться под колеса машин немного слишком экстремально.

В любой другой ситуации Либби не смогла бы не ответить на сарказм и грубость, но, учитывая, что она чуть не убила этого мужчину, она сочла нужным промолчать.

Все еще держась за голову, Рафаэль попробовал покрутить плечами, но тут же выругался, когда ушибленные мышцы запротестовали.

— Что вы пытались сделать? Привлечь мое внимание? Или это какой-то особый местный ритуал поиска партнера?

«Укуси меня», — подумала Либби, когда ее внутреннее облегчение сменилось возмущением. Стараясь сохранить самообладание под этим шквалом обвинений, она пробормотала извинение:

— Я, правда, не хотела, чтобы так произошло...

Сейчас все попытки оправдаться казались глупыми.

«Что же я скажу Хлое?»

Она мысленно перечислила свои достижения: чуть не убила человека, разбила его машину и потеряла любимого питомца подруги. Трудно добавить что-то еще, но кто знает?

— Мне так... так жаль, — сказала она искренне.

— О, тогда все в порядке.

Либби покраснела в ответ на саркастичное замечание, а ее жертва тем временем, все еще прижимая руку ко лбу, наклонилась вперед, чтобы отстегнуть ремень безопасности, и она увидела его широкие плечи и блестящие черные волосы.

Она перевела взгляд с вьющихся волос на затылке на кровавое пятно на стекле. И оно напомнило девушке, что она сейчас была в роли злобного хищника, а он — невинной жертвы. Бормоча себе под нос, она потянулась за телефоном:

— Скорая... я позвоню.

«Лучше поздно, чем никогда, Либби».

2
Перейти на страницу:
Мир литературы

Жанры

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело