Выбери любимый жанр

Ночная игра (ЛП) - Кеньон Шеррилин - Страница 2


Изменить размер шрифта:

2

И отец с радостью ухватился за него.

Это была последняя в его жизни ошибка.

Или может стать, если их не съедят, и Вэйну удастся вытащить их задницы из этого проклятого болота.

Братья находились сейчас в человеческом обличье, ограниченные в действиях серебряными метриазо-воротниками [2]вокруг шеи, которые посылали в их тела крошечные ионные импульсы, и которые вынуждали их оставаться людьми. Враги думали, что от этого они станут слабее.

В случае с Фангом так и было.

В случае с Вэйном – нет.

Хотя воротник действительно ослаблял его возможности управлять магией и манипулировать силами природы.

На Вэйне, как и на Фанге, были только окровавленные джинсы. Рубашку сорвали во время избиения, а ботинки забрали просто назло. Конечно, никто не думал, что они выживут. Воротник мог быть удален только при помощи магии, которую не мог использовать ни один из них, пока носил его. И даже если каким-то чудом они и в правду спустятся с дерева, внизу уже собралось много аллигаторов, почуявших запах крови. Эти твари только и ждали, когда они свалятся в болото, предвкушая вкусный обед из волчатины.

– Братишка, – упрямо продолжал Фанг, – Фьюри был прав. Никогда нельзя доверять тому, кто пять дней истекает кровью и не умирает. Я должен был прислушаться к тебе. Ты говорил, что Петра – втройне траханая сучка, но разве я слушал? Нет. А теперь посмотри на нас. Клянусь, что если я выберусь отсюда, то убью ее.

– Фанг! – резко бросил Вэйн брату, преодолевая болезненные уколы электрического тока от воротника и пытаясь взять под контроль хотя бы какую-то часть своих сверхъестественных сил, пока тот продолжал свои сетования. – Давай, заканчивай Праздник Виноватых и дай мне сосредоточиться, иначе мы вечность будем висеть на этом проклятом дереве.

– Ну, не вечность. Думаю, у нас есть всего полчаса до того, как веревки перережут нам запястья. Кстати о запястьях, мои – болят нещадно. А у тебя?

Фанг замолчал, когда Вэйн глубоко вздохнул, почувствовав, как шнур чуть сдвинулся.

И еще он услышал треск сучка.

Сердце заколотилось. Глянув вниз, он увидел, что из темных глубин за ним наблюдает огромный аллигатор. Вэйн многое отдал бы сейчас за три секунды обладания своими силами, чтобы поджарить этого жадного педика.

Фанг, казалось, совсем не замечал никаких угроз.

– Клянусь, что больше никогда не пошлю тебя подальше. Когда в следующий раз ты скажешь мне что-нибудь, я прислушаюсь, особенно если дело касается женщины.

Вэйн зарычал.

– Тогда не мог бы ты уже начать слушать меня, когда я говорю тебе заткнуться?

– Уже молчу. Просто я ненавижу быть человеком. Это так отстойно. Как ты терпишь?

– Фанг!

– Что?

Вэйн закатил глаза. Это бесполезно. Всегда, когда его брат был в человеческом обличье, единственной частью его тела, находившей применение, был рот. Почему стая, перед тем как вздернуть Фанга, не заткнула ему рот?

Знаешь, если бы мы былив обличье волка, мы просто смогли бы отгрызть лапы. И уж конечно, веревки не смогли бы сдержать нас, так что…

– Заткнись! – снова гаркнул Вэйн.

– А наши руки будут чувствовать снова? Они так онемели. С волками такого не случается. А с людьми?

Вэйн в раздражении закрыл глаза. Именно так и закончится его жизнь. Не в каком-нибудь славном бою против врага или отца. Не во сне, спокойно.

Нет, последним звуком, который он услышит, будет скулеж Фанга.

Этот вариант казался наиболее вероятным.

Он откинул голову назад в попытке разглядеть в темноте брата.

– Знаешь, Фанг, давай на минуту отбросим обвинения. Мне больно и я устал висеть здесь из-за того, что твой проклятый рот решил рассказать своей последней жевательной игрушке о том, как я охранял женщину Темного Охотника. Большое спасибо за то, что не знаешь, когда нужно вовремя заткнуться.

– Да, но откуда я мог знать, что Петра побежит к Большому папочке и расскажет ему о том, что ты был с Саншайн, и поэтому даймоны напали на нас? Двуличная сука. Петра говорила, что хочет спариться со мной.

– Они все хотят спариться с тобой, придурок, это сущность нашего рода.

– Да пошел ты!

Вэйн облегченно выдохнул, когда Фанг, наконец, унялся. Пока тот кипел, выискивая более креативное и членораздельное выражение, Вэйн получил трехминутную отсрочку.

Сцепив пальцы, он поднял ноги вверх. Руки охватила режущая боль, когда веревка еще глубже впилась в его плоть. Он молился, чтобы кости выдержали еще немного и не разъединились.

 Когда он потянул ноги к ветке над головой, по предплечьям заструилась кровь.

Если бы только удалось зацепиться лодыжками… за нее…

Он шлепнул по дереву босыми ступнями. Кора была ломкой и крошилась, царапая нежную кожу верхней стороны ступней. Он зацепился лодыжкой за дерево.

Совсем немного… самую малость…

Еще.

– Ты такая задница, – зарычал на него Фанг.

Ну, это как-то многовато для креатива.

Вэйн сосредоточился на быстрых ударах своего сердца, отказываясь прислушиваться к оскорблениям брата.

Вися вверх тормашками, он обвил ногой короткую ветку и выдохнул, зарычав от облегчения, когда с пульсирующих от боли, окровавленных запястий был снят основной вес. Он задыхался от напряжения, а Фанг по-прежнему продолжал свою тираду, которую никто не слушал.

Ветка угрожающе заскрипела.

Вэйн снова задержал дыхание, боясь пошевелиться. Ветка могла разломиться пополам, и тогда он свалился бы вниз в гнилую, покрытую тиной воду болота. Вдруг аллигаторы заметались и поспешно унеслись прочь.

– Вот дерьмо, – прошипел Вэйн.

Это был нехороший знак.

Ему были известны только две причины, по которым аллигаторы могли покинуть их. Первая – это возвращение Тэлона, Темного Охотника, жившего здесь и державшего их на коротком поводке. Но Тэлон сгинул во Французском квартале, спасая мир, и сегодня его не было в болоте, так что эта причина казалась маловероятной.

Вторая, наименее привлекательная, – даймоны. Бездушные, осужденные убивать, чтобы поддерживать свои искусственно продленные жизни. Больше, чем убийством человека, они гордились только убийством Охотника-Обортня. Так как жизни Охотников-Оборотней длились столетия, и они обладали большей силой, их души могли поддерживать даймонов в десять раз дольше по сравнению с обычным человеком.

Более того, забрав душу Охотника-Оборотня, вместе с ней они получали его или ее магические способности и могли использовать их против других. Дополнительный подарок, доставляющий нежити «маленькую» радость.

Была только одна причина, объясняющая присутствие даймонов здесь, в этом отрезанном от мира болоте, куда они никогда не совались без особой надобности. Их единственная цель – содрать шкуру с него и Фанга. Кто-то предложил их в качестве жертв, чтобы даймоны оставили Катагарскую стаю в покое.

И у него не было сомнений в том, кто сделал это предложение.

– Будь ты проклят! – прорычал Вэйн во тьму, зная, что отец не услышит его. Но злость требовала выхода.

– Что я тебе сделал? – возмущенно спросил Фанг. – Во всяком случае, кроме того, что тебя теперь собираются убить?

– Не ты, – ответил Вэйн, изо всех сил пытаясь подтянуть другую ногу так, чтобы освободить руки.

Из болота что-то взметнулось вверх и оказалось на дереве прямо над ним.

Вэйн изогнулся и увидел над собой высокого худого даймона, который, забавляясь, следил за ним голодными глазами.

Одетый во все черное, белокурый вампир поцокал языком.

– Ты должен радоваться встрече с нами, волк. Ведь мы хотим освободить тебя.

– Пошел к черту! – зарычал Вэйн.

Даймон засмеялся.

Фанг взвыл.

Вэйн увидел, как вампиры тянут брата вниз. Черт возьми! Фанг был волком, и не знал, как сражаться с ними в облике человека, не имея магических сил, которыми он не мог управлять из-за воротника.

Разъяренный, Вэйн резко задрал ноги вверх. Ветка тут же сломалась, отправляя его в застойную воду.

вернуться

2

  Метриазо-воротник – Тонкий серебряный воротник, посылающий крошечные ионные импульсы в тело Вер-Хантера, чтобы помешать ему использовать свою магию. Вер-Хантер застревает в том обличье, в которой был захвачен. Воротник похож на тонкую серебряную полосу и может быть удален только при помощи магии.

2
Перейти на страницу:
Мир литературы

Жанры

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело