Выбери любимый жанр

Нелегкое счастье - Роуз Эмили - Страница 2


Изменить размер шрифта:

2

Губы Сойера снова коснулись ее. На этот раз медленно и нежно. Ее губы раскрылись с удивленным вздохом. За время брака она привыкла к шутовским поцелуям завоевателя, каким чувствовал себя Бретт. Но она не знала, как отвечать на нежное проникновение Сойера. Она дотронулась языком до его горячих и влажных губ, и его руки еще крепче сжали ее.

Он нежно ласкал ее грудь и изгибы талии, потом перешел к бедрам.

— Вели мне остановиться, — прошептал он.

Но она уже не могла оттолкнуть его, даже если бы от этого зависела ее жизнь. Вцепившись пальцами в лацканы пиджака, она крепко держалась за него, откинув назад голову и жадно глотая воздух.

Она едва успела перевести дыхание, как Сойер снова с нескрываемой жадностью впился в ее рот. Это должно было напугать ее, но напротив — ей захотелось большего.

Резким движением он скинул с себя пиджак. От яростной страсти в его глазах Линн бросило в дрожь. Его пальцы завладели ее высокой прической. На мраморный пол полетели шпильки, и длинные пряди волос упали на плечи, окутав шею.

— Линн… — Хриплый голос о чем-то молил. Она тронула пальцем жилку, бившуюся у него на скуле. Сойер прижался губами к ее запястью. Линн почувствовала, как пламя желания разлилось по телу.

Его руки проникли под подол платья и ласкали ее бедра. У нее перехватило дыхание. Пальцы, оставившие пылающие следы на бедрах, теперь исследовали шелковые трусики. Длинные пальцы ласкали обнаженную кожу с такой нежностью, что Линн медленно таяла.

Сойер нежно покусывал мочки ушей, губы, шею. Он подталкивал ее назад до тех пор, пока ее каблуки не уперлись в первую ступеньку лестницы. И он заставил ее сесть. Ослабевшие ноги не сопротивлялись. Грубый ворс ковра на лестнице царапал нежную кожу. Сойер спустил ее трусики, встал на колени между ее ногами и начал расстегивать пряжку у себя на поясе. Линн вцепилась ногтями в ковер и думала только об одном: лишь бы не сойти с ума.

Она понимала, что сейчас произойдет, если не положить конец этому безумию. Ей следовало остановить его. Но все ее тело подрагивало в радостном предвкушении. Впервые за многие годы она чувствовала себя женщиной.

Линн не остановила его.

Вместо того чтобы отталкивать Сойера, она тянулась к нему, помогая спустить брюки.

Руки Сойера обнимали ее бедра. Он подтолкнул ее назад, на застланную ковром лестницу, и занялся ее ртом, целуя с жаром и одержимостью, окончательно отнимающими разум.

Совсем не больно, эхом прозвучал удивленный голос в ее голове. Он продвигался все глубже, подталкивал ее на вершину холма, пока она не достигла пика и не полетела вниз в свободном падении. Какое незнакомое ощущение.

Пораженная, она впилась ногтями в твердые мышцы его ягодиц и обвила ногами его тело во время невольных судорог. Он прижался к ее шее и простонал ее имя в пульсирующую жилку.

Когда он достиг кульминации, она почувствовала невероятную усталость. С одной стороны, испепеляющий жар его тела, а с другой — твердая лестница. Их натруженное дыхание эхом отдавалось в двухэтажном холле. Линн еще парила в тумане случившегося. Она припала губами к его горлу и пробовала соленый привкус кожи.

Положив руку на бухающее сердце Сойера, она искала разгадку произошедшего. Почему сейчас, с Сойером, каждая клетка ее тела пульсировала жизнью? Сердце бодро стучало, несмотря на изнеможение, исчезла вялость, мучившая ее годами. Секс с Бреттом — если это можно назвать сексом — никогда так не возбуждал ее, как это отчаянное совокупление с Сойером. Даже в разгар безумия Сойер стремился доставить ей наслаждение. Но еще раньше, чем Линн пришла в себя, ею завладели угрызения совести.

Боже милосердный, что она наделала?

Придя в себя, Сойер ужаснулся. Что он наделал? Угрызения совести ударили его в сердце острым кинжалом. Как он мог воспользоваться тяжелым состоянием скорбящей вдовы брата? Пошатываясь, он встал. Ноги подгибались. Боже, как стыдно за потерю контроля над собой. Он поспешно натягивал брюки и чуть не искалечил себя, в спешке застегивая молнию. Сойер даже выругался. Она отшатнулась и закусила нижнюю губу.

— Прости, Линн. Это не должно было случиться, — произнес он глухо.

Стараясь смотреть куда угодно, только не на него, Линн встала и натянула подол платья на длинные ноги. Дрожащими руками разгладила золотистые волосы.

Он сжал руки в кулаки, борясь с желанием помочь ей уложить шелковые локоны. И тут же проследил за ее потрясенным взглядом: черные трусики на белом мраморном полу перед парадной дверью. Презрение к себе обожгло Сойера. Он потерял контроль над собой и овладел вдовой брата, будто какой-то ополоумевший насильник.

Осел! Идиот! О чем ты думал?

— Ничего, Сойер. Мы оба страдали. Нам было необходимо забыться хоть на мгновение. Больше такое не случится.

— Ты хочешь забыть это? — Невозможно. Разве он сможет забыть шелковистость ее кожи? Сладость ее рта? — Если ты не принимаешь контрацептивы, желание забыть может быть не лучшим выбором. Я не предохранялся. Прости. Если это может служить утешением. Раньше я никогда не вел себя так.

Она закрыла глаза. Тонкое черное платье обрисовывало каждый волнующий изгиб тела. При прерывистом дыхании поднимались и опускались груди. Этого трудно было не заметить.

Риггэн, возьми себя в руки! Она — вдова твоего брата.

— Линн, ты принимаешь таблетки против зачатия?

Губы у нее вытянулись в прямую линию. Подбородок дрожал.

— Я не могу тебе сказать то, что ты хочешь услышать. — Изящно изогнутые брови выпрямились, глаза затуманились. — Я не принимаю контрацептивы, и время… время не безопасное.

— Что ты говоришь? — Он схватил ее за руку у самого плеча. — Ты можешь забеременеть?

У него внутри будто все оборвалось. Мог ли этот день быть еще хуже? Сегодня он похоронил младшего брата, имел секс с его вдовой и, наверное, сделал беременной женщину, которую должен был защищать, а не обижать.

Надо поскорей уйти отсюда, пока он не усугубил положение. Но он не мог уйти, не узнав, как Бретт позаботился о Линн.

— Мне необходимо узнать, достаточно ли будет страховки жизни Бретта, чтобы поддерживать тебя, — он сглотнул, но сухость в горле не проходила, и, возможно, ребенка…

Молчание длилось так долго, что он уже и не надеялся услышать ответ. Проклятие, она выглядела такой хрупкой!

— Страховой полис Бретта недействителен.

Потрясающе! Брат никогда не уделял внимания тому, что считал банальными деталями.

— Что же ты будешь делать?

— Я бы предпочла, Сойер, сейчас не обсуждать эту тему.

— Я не хочу быть бесчувственным. — Он сжал в карманах кулаки. — Я понимаю, что ты устала и это был тяжелый день. Да и я еще добавил. Но я не уйду, пока не узнаю, что у тебя достаточно денег на неотложные расходы.

— Это не твоя забота. Если понадобится, я пойду работать.

— И что ты будешь делать?

— Не знаю. Но я могу снова стать официанткой.

Линн была официанткой в кофейне «Чапел-Хилл» в нижнем городе. Там четыре с половиной года назад он впервые встретил ее. Она околдовала его солнечной улыбкой, небесно-голубыми глазами и волной золотистых волос. Ее рабочая униформа состояла из накрахмаленной белой рубашки и короткой черной юбки. Такой костюм в сочетании с длинными ногами превращал ее в сирену-соблазнительницу. Да плюс еще эта походка с элегантным покачиванием бедер. Линн казалась застенчивой, пока он не узнал бесстрашную и амбициозную сторону ее натуры. Это обнаружилось при более близком знакомстве и окончательно покорило его. Что-то в них было общее — она тоже ставила перед собой большие задачи.

Несколько месяцев Сойер спорил с собой, прежде чем рискнул назначить ей свидание. Они несколько раз встретились, а потом он сделал вторую крупнейшую ошибку в жизни. Представил ее брату. Поездка, необходимая для расширяющегося бизнеса, заставила его покинуть город. Вернувшись, он обнаружил, что Бретт и Линн поженились.

Брось, Риггэн! Ты не можешь изменить прошлое. Она выбрала Бретта.

2
Перейти на страницу:

Вы читаете книгу


Роуз Эмили - Нелегкое счастье Нелегкое счастье
Мир литературы

Жанры

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело