Выбери любимый жанр

Девица-Яга (СИ) - Чепенко Евгения - Страница 2


Изменить размер шрифта:

2

Яга бросила ключи от квартиры на стол и захлопнула за собой дверь. Она, не разуваясь, схватила телефонную трубку, благо соседка, Маринка, еще на занятиях, и набрала междугородний номер. На том конце защелкало, потом раздались длинные гудки и, наконец, в трубке проскрипели.

— Алё!

Даня про себя улыбнулась, бабушка потрясающе играла старушку.

— Бабуль. Выходи из образа. Это я.

— А! Евдокия Денисовна! — Голос сразу помолодел.

— Бабуля! — Возмутилась девушка.

— Ну ладно уж тебе! От имени никуда не денешься! Как дела? Как учеба? Друзья? Случилось что? Недавно ведь созванивались.

— Почти угадала, бабуль. У меня странное тут нечто.

— Странное?! — Теперь в трубке раздался смех. Сказать восемьсотлетней бабе Яге о том, что встретила нечто странное, все равно, что назвать профессору математики интеграл новинкой.

— У нас в универе упырь.

— Упырь? И что странного? Ну акромя, что ты их раньше не видела. Я ж все тебе рассказывала.

— Да… это-то да. — Девушка задумчиво покусывала нижнюю губу. — Тут другое. Он не знает кто я. Он, вроде как чует, но не знает. А ведь должен.

— М. — Бабушка замолчала ненадолго. — Не знает, значит. И как это в универе? Упырю до третьих петухов в земельку.

— Да нет. Он учится, днем его видела.

— Ну, милая! — Бабушкин тон стал учительским. — Двойка тебе! Опять ты целый урок куда-то подевала из своей головушки! Ты это в пятнадцать учила. Вспомни. Волкодлак, а не упырь! Упыри днем не ходют! Вот волкодлак, тот — другое дело. Они и умные, и человека в себе помнят и года прожитые за зря не тратят, обучаться умеют. Что… урок про волкодлака напомнить?

— Нет, нет. — Затараторила Даня. — Я сейчас вспомнила. Ты только скажи, почему он студентом заделался, и еще с человеком дружит?

— С человеком? С едой они не дружат. — Утверждение было адресовано не внучке. — Видно хочет среди люда пожить, такое бывает. Встречала пару-тройку раз. Как звать его?

— Не знаю.

— Ты с ним не общалась?

— Неа. С чего?

— И не подходил?

— Нет.

Бабушка помолчала, потом задумчиво продолжила:

— Вот и не трожь.

— Почему? — Растерялась Даня.

— А что симпатичный? — Заулыбалась бабушка в трубку. — Волкодлаки, они такие… Если не самообращенный, конечно. Эх, был у меня один волкодлак, Витюшей звали. Ух, мужчина, я тебе скажу!

Девушка закатила глаза.

— Бабуль, когда последний раз ты мне говорила такую фразу, в ней фигурировало слово «ведьмак»!

— Так ведьмак тоже был! Ты поживи с мое! И не то еще будет!

— Ладно, — засмеялась Даня, — почему не трогать?

— Тут такое дело. Наша-то нежить, она все просвещенная. А это видать не отсюда. Сколько лет ему, на вскидку?

— Не знаю. Лет сто пятьдесят, не больше.

— Молоденький. С Европы небось. Они там все необразованные нынче! Моржану-то ни разу в глаз не видели. Вот, ежели б моего возраста, так те да, еще помнят и знают. А молодые, чего с них брать? — Дане представилось, как бабушка сокрушенно махнула ладонью. — Не знают и не надо! Пущай живет себе. Сам подойдет — не гони. Если, что догадается, спросит — отвечай. Но сама рассказывать — виду не давай.

— Как скажешь, бабуль.

— Вот и умница, они там с западу все бешеные, непредсказуемые, кто их знает, чего взбредет… От греха, как говорится, подальше…

— Бабуля… — Предостерегающе перебила Даня.

— Все, все, все. Не буду. Не буду. Знаю, знаю. Старую сказку не затеваю. — Девушка засмеялась в трубку. Пройдет еще немало лет, а может и столетий, прежде чем старая Яга сможет забыть католической Европе ее костры.

— Ты лучше расскажи как у тебя там дела?

— Дела? А! Дела нормально. Федор заходил с неделю как. Пожил чуток тут у меня. О тебе все спрашивал, интересовался. Обещался тебя навестить. А намедни Ивашку встретила…

После разговора с бабушкой Дане стало спокойно, но перестать думать о волкодлаке она никак не могла. Слишком ясно в память врезался внимательный изучающий взгляд голубых глаз. Пронзительные, они запали ей глубоко в душу, рождая непривычные беспокойные эмоции. Такого с Ягой еще не случалось.

Здоровый черный кот, по кличке «Кот», потерся о ногу. Даня поняла, что все еще стоит обутая в коридоре, и ее осенило.

— Кикиморушка!

Гаврилова схватила сумку и выскочила за дверь. Еще две недели назад она обещала перенести пучеглазку из столовой в дом потише, с условием не вредить хозяевам раньше одного раза в неделю, а с этим неученым волкодлаком совсем забыла.

Глава 2

Дубравко, задумчивый и хмурый, сидел на крыше десятиэтажки.

Мирна прыгнула к нему, устраиваясь рядом. Она обеспокоено заглянула брату в глаза. Девушка не любила его видеть вот таким; слишком многое им довелось пережить, слишком многое он старался брать на себя и, когда на его лице появлялось хмурое выражение, она чувствовала зарождающуюся тревогу. Брат успокаивающе похлопал ее по руке и улыбнулся. Горан приземлился неподалеку и, одним рывком ухватив Мирну, рухнул с ней вниз, на качающиеся под порывами ветра деревья.

Дубравко с Гораном никогда не были особо близки, общаясь лишь в присутствии сестры, но сейчас он был ему благодарен, объяснять что-то или отвечать на вопросы совсем не хотелось.

Дубравко вновь погрузился в раздумья. Пред глазами плясала угрожающая и обворожительная улыбка девушки из столовой. Девушки с удивительными глазами. Она угрожала ему, тут он не мог ошибиться. Почему? Такая реакция озадачивала. Обычно противоположный пол к нему влекло с первого взгляда, как вторую девушку, Лену, а эта даже не была очарована. Выходило как-то странно, непривычно.

Дубравко заметил ее, еще у банкомата, точнее было бы сказать — почуял. Она пахла не как человек. Запах был притягивающий, манящий, но не вкусный. Он был занят своими мыслями и не слушал, о чем говорили эти девушки на углу, но, почуяв тот же запах в столовой, прислушался и постарался внимательно разглядеть его обладательницу. Лена восхищалась и пыталась угадать, где он может учиться, а Даня равнодушно пожимала плечами, изредка кидая на него недовольный взгляд, пока, в конце концов, просто не увела беседу в иную сторону.

Перед внутренним взором вновь мелькнула улыбка и рыжая, коротко стриженая, голова с серьезными глазами. Дубравко определенно хотелось узнать кто она такая.

Из-за перил высунулась голова Горана.

— О девушке думаешь?

— Да.

— К ней пойдешь?

— Да.

— Не подставь нас. — Горана не слишком волновал сам Дубравко. Его больше беспокоила безопасность Мирны. Бывший каторжник до безумия обожал свою красавицу-жену, когда-то разглядевшую мягкую добрую личность под звериной шкурой.

— Нет. Я просто узнаю.

Горан согласно кивнул и вновь скрылся.

Даня с Леной шли по нижнему ярусу набережной. Конец апреля, впереди сессия, зачеты. Они обсуждали предстоящее. Волга мягко перекатывала освободившиеся ото льда воды. Большая ржавая баржа, груженая песком, деловитая и солидная проплывала под мостом. Рыжая овчарка, с хозяйским видом лежала на палубе. Велосипедисты колесили из одного конца в другой. Дошколята в сопровождении бабушек и мам носились тут же. Ребята повзрослее на роликах в своей амуниции напоминали подвижные деревянные фигурки на шарнирах, которыми пользуются иногда художники. Небольшая шумная группа молодых людей околачивалась возле лавочки с пивом. Ветер катил по Волге узкие полоски волн. Даня наслаждалась прогулкой. Тихая атмосфера солнечного теплого дня витала в воздухе, проникая в самое сердце. Весна готовилась уступить свои права лету.

Девушка смотрела на небо и старалась не обращать внимания на многочисленных существ вылезающих погреться на солнышке, когда глаз человека не мог коснуться их. Сегодня хотелось просто пройтись и не казаться при этом странной. Однако задачу можно было бы назвать практически невыполнимой. Вот сейчас стоило Лене отвернуться к холодильнику с мороженным, как из-за парапета вылезла совсем юная Мавка и обняла девушку за шею.

2
Перейти на страницу:
Мир литературы

Жанры

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело