Выбери любимый жанр

Путь к себе - Иванова Виктория - Страница 3


Изменить размер шрифта:

3

И с какого же начать? Наверное, с того, печать на котором мне была более-менее знакома. Именно такая красовалась внизу странного документа рядом с моей змейкой. Осторожно взломав ее и развязав красную ленту, я развернул свиток. Угу, если бы еще что-то было понятно. Язык, на котором написали это послание, оказался мне не знаком. Со вторым, перевязанным черно-золотистой лентой, было то же самое. Уф, теперь еще три языка изучить надо. Интересно же, что там написано?.. На всех трех свитках.

И кстати, откуда они взялись на столе, если перед своим уходом «на дело» я спрятал пергамент в стол? У меня в бумагах что, кто-то рылся? Задумчиво покосившись на Бобика, я поднес руку со змейкой к глазам. Пресмыкающееся нагло игнорировало взгляд, блаженно почесывая голову о мою чешую. Издав раздраженное шипение, потряс рукой и снова уставился на полупрозрачное существо. И даже ткнул в нее пальцем. За что был безжалостно искусан и обложен на змеином языке.

Но, сообразив, что все равно не отстану, мне показали полуразмытую картинку. Как от тебя-другого приходит послание-просьба, как в ящике становится жарко и тесно, как усилием ты и Объект перемещаешься наверх, где есть воздух и пища. А Большие-Допущенные уважительно и осторожно опускают на отражения Объекта свои послания Большому-Высшему. Задание выполнено, посылка доставлена, есть хочется тебе-всем, а ты мешаешь…

Б-р-р-р-р, я недовольно потряс головой. Тебе-меня… какие-то странные слова-образы.

Затолкав все свитки снова в ящик стола, я опустился на кровать, размышляя над полученной информацией. Начнем с того, что в объяснениях не нуждается. Объект, или, как показывала змейка, то, что надо всячески защищать, — это пергамент. Тот самый, который я вынес из подземелий. Что-то вроде места обитания милой зверушки. Отражения объекта — это… копии? Так эта бумажка писана не в одном экземпляре?

Упс… Представляю себе удивление хозяев остальных экземпляров. Если их бумажки вели себя подобным образом, то ребята испытали не самые приятные минуты. Кстати, а сколько там этих отражений? Два? Уже легче.

Теперь дальше. Большой-Высший. Хотя тут бы больше подошло определение отец. Или «тот, кто меня создал». Это… я, что ли? Машу вать, только «детишек» мне не хватало! Не успел повзрослеть, как уже потомство неучтенное нарисовалось. И не поспоришь же, действительно создал. Хотя детками их тоже не назовешь. Такую смесь слепого обожания и ехидства еще надо поискать.

Ладно, разберемся с остальным. Большие-Допущенные. Это, я так понимаю, те, кто хранит остальные копии. Глазами змейки они выглядели как два сгустка. Только один льдисто-синий и похожий на кристалл, а другой — зелено-коричневый, напоминающий кусок камуфляжной ткани. Но не плоской, а как бы натянутой на каркас. Хым… это получается, что письма от них? Любопытно.

А вот эти странные тебя-меня-другого… надо думать, что это определение других змеек? Хи-хи, теперь понятно выражение «един в трех лицах». Довольно забавные ощущения. Вроде как твои, и в то же время четко осознаешь, что все происходит с другим. Так недолго и размножение личности заработать.

Интересно, а те мои странные ощущения. Они вызваны не этими ли дивными зверушками?

Ректору обо всем произошедшем говорить не хотелось. Как и деду. Мне казалось, что распространяться об этом вообще не стоит. Никому. Во всяком случае, пока сам не пойму, во что вляпался. Но кучу неприятностей ощущал буквально всей кожей.

Кстати о коже. Амулет едва справлялся со своей работой. Серый цвет моей шкуры стал светлей, а на местах гребней были заметны небольшие, но утолщения. Надеюсь, никто не будет меня изучать под микроскопом и объяснять изменения не придется.

Хотя, зная законы неприятностей, стоит заготовить «отмазку».

По зданию прокатился звук гонга, созывая студентов на трапезу. И я тут же выкинул все лишние мысли из головы, не знаю, как там змейка, но мне есть хотелось не меньше. Бобик поддержал меня согласным гавком, одежда нашлась еще быстрей, и мы дружно отправились кормиться. Мысля приходит и уходит, а кушать хочется всегда…

Раздражению Тин не было предела.

Нет, ну это надо было умудриться — найти приключения на свою… свой хвост в стенах грессе?! Где за всю его историю самыми страшными случаями были шалости студентов. Однако еще ни одна шалость не заканчивалась лежащим в руинах главным залом. М-да, это же надо было умудриться… Но первое впечатление, сводящееся к невнятному возгласу «Ничего ж себе кто-то погулял!», при виде мертвой туши внушительных размеров быстро сменилось на другое. Которое характеризовалось заполошной мыслью «Эл!». Вот ведь шаск неугомонный! Он, значит, влез в неприятности, а мне за это отвечать. И придумал же ректор такое нелепое наказание. Нашел охранника.

Судя по разрушениям, надо охранять всех остальных от этого… этого…

Да где же его носит?!!

Савиш стоял перед столом ректора, накручивая на палец шнур с пишущим кристаллом. Нервное напряжение последнего семидневья постепенно отпускало. Чего стоила вся его выдержка, когда так и хотелось броситься на поиски одного непутевого змея. Вечно ему надо влезть в неприятности по самые уши, потому как «любопытно»! А родным — нервничай.

Утром и вечером воин подходил к шару связи и вызывал Мастера Нармета только для того, чтобы сказать: Элхара еще не нашли. Бедный маг даже осунулся от переживаний. Если бы он был тут — мальчишка точно не отделался бы подзатыльниками. Как минимум продолжительной нотацией. Но радость пожилого мага от сообщения о внуке пока перекрывала воспитательный запал.

Вместе с сообщением Савиш отправил и некоторые новые данные по состоянию змеелюда. Нармет дал ему пару кристаллов, которые должны были проверить здоровье серпентера, а затем передать через шар эту информацию непосредственно Мастеру. Хотя кое-что воин мог сказать и сам.

Например, что «младший братишка» стал весьма опасным и красивым представителем расы шас-саари. Наблюдать за игрой бликов на его чешуе и гребнях можно было бесконечно. А пластика движений завораживала. Почему-то возникало желание придушить предков за то, что мир так долго не мог любоваться подобной красотой.

С другой стороны, встречаться в поединке с подобным образом развитым змеелюдом не стоит. Даже если на первый взгляд противник и выглядит совсем не впечатляюще. Понимать что-то начинаешь только после того, как увидишь его в движении. И чаще всего это единственное, что ты успеваешь заметить перед тем, как… все закончится.

М-да, вот мальчик и повзрослел. Хотя в голове пока что все тот же ветер. Да еще и зверя завел. Нет, это надо же — такое зверье найти. Нармет когда увидел «маленького питомца» своего внука, долго пытался откашляться от внезапного приступа смеха. После чего внимательно освидетельствовал размер пасти и заявил, что домой его в ближайший цикл не пустит. Ибо не прокормит. Даже с учетом оклада придворного мага.

На что присутствующий на сеансе связи Реклар вскинулся и также заявил, что все это время кормить данного проглота не будет. За что был удостоен весьма пристального и оценивающего взгляда вышеупомянутого «зверька». С тяжким вздохом ректор пообещал, что пока не найдется хозяин — кормежка будет. После чего Бобик спокойно уснул на ковре. Имя зверя сказали студенты-сокурсники Элхара. Что оно означает, никто не знал. Но четырехлапый монстр отказывался откликаться на какое-либо другое.

Зато Мастера Нармета позабавили отношения змеелюда и его питомца. Южные хеки, прозываемые местными жителями шургами, довольно неприятные «зверушки». Начать хотя бы с того, что эти существа очень умные. Настолько, что устраивают засады на охотников. Причем весьма успешно. Иногда только спустя несколько циклов выяснялось, куда пропала та или иная охотничья партия.

Охотиться можно было только на щенков. Причем желательно на тех, чьи родители находятся ну очень далеко. Иначе незадачливого добытчика ждало большое разочарование. Смертельное.

3
Перейти на страницу:

Вы читаете книгу


Иванова Виктория - Путь к себе Путь к себе
Мир литературы

Жанры

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело